Где нам искать Мадира? На самом последнем этаже? А что если его вообще нет в Башне? Покинуть столицу для императора вполне неплохой стратегический ход. Другое дело, что гордость не позволит ему сбежать.
Мы расправились с двадцаткой бойцов на входе без каких-либо проблем. Прошли через пятиметровые золотые врата внутрь Башни.
— Прямо настоящий «свет в конце тоннеля»… — сказал Быстров.
Я был полностью согласен со словами Ромы — точно такие же ассоциации. Внутри Башни оказался длинный-длинный коридор с белым светом в самом конце.
— Что чувствуешь по Ки?
— Внутри Башни мёртвая зона. Ничего невозможно почувствовать. Снаружи чувствовал бойцов легиона, но тут ничего.
— Не нравится мне это место… Выглядит как ловушка.
— Мадир на последнем этаже.
— С чего так решил?
— А где ещё быть человеку, который решил назвать себя богом? Предлагаю не лезть внутрь Башни — лучше пойдём по внешней стене. Где-то возможно смогу и телепортировать. Мне этот тоннель тоже крайне не нравится.
— Разве слои барьера ещё не восстановились? Кальма должна была вернуться.
— Она действительно уже вернулась. Лабиринт я больше не проскочу, но возле Башни мои способности ещё почему-то работают. Здесь своя зоны кальмы. Она не сливается с барьером и при этом не очень сильная. Ну или во всяком случае для меня.
— Насколько высоко сможешь нас телепортировать?
— На первых этажах телепортировать не смогу. Здесь кальма ещё сильная. Я говорил про средние этажи.
— Понял.
В арсенале Быстрова была одна очень занятная способность — создание притяжения к объекту. Грубо говоря, Быстров мог сделать гравитацию к вертикальной стене для себя и для кого-то рядом. Область действия, правда, небольшая, но если не отставать, то проблем не будет.
Рома прижал ступню к стене. Затем он выгнулся назад, чтобы принять горизонтальное положение. Притяжение создано. Быстров пошёл по стене, как по обычной земле. Сделал он это за доли секунды — такой приём ему был не в новинку.
Я справился не так быстро. Вбежал по стене очень лихо, но потом ещё некоторое время привыкал к новой гравитации. Легион, увидев нас, снова начал залп огня — это тоже неслабо мешало.
В основном вражеские маги располагались сверху первого этажа. Примерно четверть легиона стояла на втором и всего десяток на третьем. Но, надо отметить, чем выше находился боец, тем сильнее уровень меланиса и контроль — думаю, так не случайно. Наверх нас пускать не хотят, а значит именно туда нам и надо.
Как только мы стали взбираться, некоторые из бойцов легиона стали прыгать на нас с копьями — атака скорее не чтобы убить, а чтобы просто сбить с восхождения. К концу этажа вниз упало не меньше тридцати вавилонских бессмертных. Хотя так называть их не правильно — вполне они смертные.
На первом этаже пришлось чуть задержаться. Легион кинулся на нас с двух сторон, да и сверху огненные атаки не прекращались. Надо было немного расчистить путь прежде, чем идти дальше.
— Хватит, — сказал Быстров, перейдя в горизонтальное положение. — Пошли.
На середине второго этажа нас все-таки столкнули. Сначала упал Рома, а потом, естественно, и я. Причём меня чуть ли не скинуло к самому основанию Башни — буквально чудом зацепился за край первого этажа. В одной руке меч, другой держусь за край.
Рома подхватил меня за руку. Справа и слева него пришли новые бойцы легиона. Мы отбились от самых ближайших и снова полезли вверх.
На этот раз долезли почти до конца второго этажа, но враг обрушил часть стены. Мы упали к основанию башни — зацепиться за верх первого этажа не получилось.
— Если они каждый раз будут разрушать стену, то мы не доберемся к Мадиру, — сказал Быстров, схватившись за продольный вавилонский щит. Слабая защита, но от огненного залпа немного помогает. Я последовал примеру Ромы и тоже взялся за один из упавших вниз щитов.
— Есть какие-то предложения?
— Кальму создать сможешь? Если ты поможешь продавить мне вражескую зону кальмы, то у меня получится телепортировать нас через несколько этажей.
Я надрезал ладонь. Всего секунды хватило, для оценки возможности преобразования крови.
— Нет, не потяну.
— Понял. Тогда взбираемся до победного.
На нас спрыгнуло больше десятка бессмертных, но в целом первый этаж снова покорился без проблем. Только почему так много бойцов легиона? Мы перебили больше половины на выступе первого этажа, а их снова столько же, если не больше…
Вышли из арок? Скорее всего. По — ощущениям, в легионе все-таки есть тысяча бойцов. Не знаю, наберётся ли на десять тысяч, но такая армия магов в резерве поражала. Понятно, что против ассасинов они вряд ли что-то сделают, однако есть фронты, где пару элитников спокойно перевернут ход сражения.
Магические войска это очень важный ресурс. Зачем оставлять столько солдат в тылу? Для создания легенды о десяти тысячах солдат на защите Башни? Глупо. Они здесь не нужны. Для охраны императора подойдут только ассасины.
Я разрезал ладонь и брызнул кровью на стену Вавилонской Башни.
— Что ты делаешь?
— Хочу кое-что проверить…
Меня напрягали письмена на стенах Башни. Я хотел проверить, нет ли у этого элемента декора ещё и других функций.
