Факты нарастания экономических конфликтов не только часто приводятся на страницах буржуазной прессы, но порой и служат основанием для мрачных социально-экономических раздумий на Западе. Так, в связи с развернувшимся широкомасштабным наступлением японских компаний на рынки других капиталистических стран в начале 80-х годов известная французская газета «Фигаро» писала: «В любой семье есть люди более или менее молодые, более или менее сильные, более или менее здоровые. И если внутри такой семьи — скажем, в мире стран с рыночной экономикой — самые сильные получают возможность раздавить самых слабых, то возникает опасность самоуничтожения всей семьи в целом».
В ближайшие десятилетия в условиях наступившего, по мнению западных экспертов, «болезненного состояния» хозяйства капиталистических стран (снижения темпов экономического развития, роста безработицы, высокой инфляции, валютных неурядиц и т. д.) есть основания ожидать еще более непримиримого соперничества на мировом рынке, поскольку монополии и правительство каждой страны будут стремиться форсировать расширение экспорта независимо от интересов других торговых партнеров. Ожидают этого и на Западе. Так, американские экономисты пишут, что «80-е годы в целом сулят необычайное обострение экономических проблем между США и их самыми важными союзниками» 1.
Япония, например, согласно прогнозам ее экономистов, ставит амбициозные задачи в области изменения соотношения сил в капиталистическом мире в свою пользу. В связи с этим она возлагает большие надежды на внешнеэкономические отношения, поскольку международный обмен может сильно стимулировать хозяйственную жизнь.
Японские компании настроены и дальше теснить конкурентов на Американском и Европейском континентах. Наоборот, откровенным пессимизмом проникнуты внешнеторговые прогнозы американских экономистов. Указывая на снижение доли США в международном обмене в 70-х годах, журнал «Форчун» в августе 1981 г. отмечал, что оно «оставляет мало надежд на улучшение в ближайшем будущем». Все это не может не нагнетать атмосферу враждебности на мировом рынке.
О том, к каким последствиям будет вести торговое соперничество в капиталистическом мире, все чаще пишет западная пресса, используя в качестве примеров разные отрасли промышленности. Так, американский журнал «Ньюсуик» в первом номере за 1981 г., ссылаясь на мнение экспертов, прогнозирует, что «автомобильную войну» переживут и останутся конкурентами в 1990 г. лишь восемь крупнейших компаний. Но это, очевидно, не предел. Эксперты французской компании «Рено» считают, что к концу века сохранится лишь шесть компаний — поставщиков массовой продукции автомобильной промышленности. Выживут две японские монополии («Тоёта» и «Ниссан»), две американские («Дженерал моторз» и «Форд») и две западноевропейские («Фольксваген» и «Рено»). Комментируя лихорадочную подготовку компаний к предстоящему обострению торговой войны на автомобильном рынке, западногерманский журнал «Шпигель» писал в середине 1981 г.: «Итак, все они вооружаются с помощью беспрецедентных сумм (капиталовложений. —
О характере экономических отношений в капиталистическом мире достаточно красноречиво заявил президент Франции. Крупные компании, сказал Ф. Миттеран, «имеют доступ к более дешевым кредитам и более обширным ресурсам, что позволяет им навязывать свою волю более мелким конкурентам. Другими словами, природа капитализма заставляет его пожирать самого себя. Такова его судьба» 2.
Усиление торговой войны монополий наносит большой ущерб не только их менее удачливым «враждующим собратьям», но и многим странам, стремящимся использовать международное разделение труда в национальных интересах. Вот почему вторая половина XX в. является вместе с тем и периодом сужения сферы торговой войны. Этот процесс, начало которому положила Великая Октябрьская социалистическая революция, провозгласившая принципиально новые, равноправные и взаимовыгодные торговые отношения, после второй мировой войны получает все большее распространение по мере укрепления социалистической системы хозяйства, крушения колониализма, возникновения около ста новых независимых государств и вступления ряда из них на путь социалистической ориентации, наконец, по мере перерастания национально-освободительной борьбы в борьбу против любых форм эксплуатации.
