Известно, что мы — тайна. Их любопытство дерзко чрезвычайно.
Г а в р и и л
Вас все-таки постичь они хотят. «Христос — в дарах!» — одни из них кричат. «Нет, он — на них!» — другие голосят. «Вокруг даров он!» — третьи говорят. «Вы врете все! — четвертые вопят, Христос, вестимо, спрятан под дарами!»
О д и н и з е п и с к о п о в
Убейте всех, и спорам всем конец.
Д у х с в я т о й
Зачем же быть самим себе врагами? Ведь диспуты нам на руку, глупец! Оспаривать возможно убежденья Лишь силою, и мучеников рать Досуг людей поможет нам занять. Пусть Библии исследуют реченья, В их тайный смысл вникая наобум, Чтоб изощрять свой любопытный ум. Исчезните, о римские писаки, Прочь с наших глаз, о греки-пачкуны! Хоть молодежь любила ваши враки, Но Библией они превзойдены. У ног моих — премудрость вся людская. Один я мудр, и нет меня мудрей. Ливанский кедр я, выше и стройней, Чем жалкая былинка полевая. Извилистый и скромный ручеек Течет привольно; быстрый же поток Несется, ручейки все поглощая. Ночь кончилась; горят лучи зари. Погасните, о свечи, фонари И факелы! Ваш слабый свет затмило Сияние взошедшего светила!
Х р и с т о с
О Дух святой! У вас ума палата, Да толку что? Любитель громких фраз, Вы без конца впадаете в экстаз, Но речь пуста, хотя витиевата. Любую околесицу — в псалом! Чужд суесловью настоящий разум, Он ясностью силен, а не экстазом, Ни капли нет напыщенности в нем.
Г а в р и и л
Взгляните же, с какою быстротою Растет монахов жадная орда! В Египте, даже в Азии порою Она плетет интриги без стыда. С короною клобук объединился, И в Грецию, и в Галлию пустился. В Италии, в Испании могуч, То нагл и смел, законы он диктует; То трусоват и робок, но живуч, Везде проник и всюду торжествует.
Б о г — о т е ц(Христу)
Доволен ты?
Х р и с т о с
Я рад, что знак креста Все новые народы побеждает. Хоть скромен я, но все-таки снедает Меня честолюбивая мечта И домогаться власти побуждает.
Д е в а М а р и я
Способствует немало слабый пол Победам сим. Он многих к нам привел, Восторги им суля за обращенье, Убийствам чужд, настойчив и лукав. В объятиях Клотильды побывав, Воспринял Хлодвиг таинство крещенья. И Англия сулит нам торжество: Влюбленных легковерно большинство. Вот красотой своей младая Берта Рассеяла сомненья Этельберта.
Г а в р и и л
Затем их сын взошел на отчий трон. Запретный плод срывает дерзко он, Сестру берет в супруги без стесненья.
