— В большом серебро, в маленьком золото. Извини, что не смог найти только золотые монеты, — произнёс он, вручив нам мешочки. — Здесь они в ходу только у крупных торгашей, в основном серебро и медь по рукам гуляет. Ты пересчитай.
— Я так верю, — я покачал на ладони кошель с серебром, оценив его приятную тяжесть. Веса в нём было несколько килограмм, с хорошую гантельку.
— Аддай, — нахмурился он, — обижаешь. Хотя бы убедись, что там серебро и золото, а не медь или вовсе галька из реки.
— Если тебе будет спокойнее… — сказал я и потянул за шнуровку, стягивающей горловину мешочка-кошелька. И в этот миг перед глазами полыхнула ярчайшая белая вспышка, а тело пробил сильнейший электрический разряд. Одновременно с этим я услышал крик боли Сэнги.
На какое-то время моё тело одеревенело. Я потерял над ним контроль и рухнул на землю, как подрубленный столб. При падении больно ударился лицом и грудью о натоптанную до каменной твёрдости тропинку. Потом услышал странный и неприятный скрежет. Было похоже на невнятную человеческую речь, которую заглушал скрип пенопласта. Бр-р-р.
Попытка ускориться не увенчалась успехом. Тело едва-едва дёрнулось и отозвалось острой болью в спине, да такой, что дыхание перехватило. О подобном слышал от старших товарищей на Земле, когда те рассказывали про грыжу. Вроде как они описывали, что чувствовали себя червяками на кроватях во время обострения проблем с позвоночником. Рассказывали, как сползали на пол с матом и стонами сквозь зубы, вспоминая заново, как нужно вставать на ноги и дышать.
Меня ухватили за портупею и рывком перевернули на спину. Надо мной нависла харя, которой свет не видывал. Нечто похожее на голову грифа с человеческими чертами и всё
«Ещё один сын богов?», — мелькнула мысль в голове. Движение левой руки твари я хорошо рассмотрел. Даже сделал попытку увернуться и ускориться, но не преуспел. Миг спустя его ладонь с выпрямленными и сомкнутыми пальцами вошла мне в живот. Боль в спине, которую я испытал ранее не шла ни в какое сравнение с этой. Тварь не торопилась вытаскивать руку из раны. Стала перебирать там пальцами, заставляя меня мысленно извиваться в агонии. При этом опять «зашуршала пенопластом» и мне показалось, что в её голосе проскочили довольные нотки.
Не будь я мастером руны, то давно бы загнулся от болевого шока или как минимум потерял сознание. Но моя новая тушка на порядок отличалась от старой земной и выдерживала пытки. Вот только мне от того было не легче. Уж лучше бы потерять сознание, чем мучиться без возможности пошевелиться и ощущать, как чужие тонкие пальцы играются с твоими кишками.
Монстр что-то ещё прошуршал с нескрываемым удовольствием, и взмахнул второй рукой… и в этот миг у него снесло голову. В прямом смысле снесло — сорвало с плеч. Крови из раны не вытекло ни капли, только непонятная дымка стала струиться, прямо на глазах истончаясь, пока совсем не пропала.
— Юра?!
«Живой я, пока что живой», — я мог ответить ей только мысленно. После смерти монстра не только подвижность не вернулась ко мне, но и чужая лапа так и осталась в моих внутренностях.
В поле зрения показалась Сэнга с перепуганным и таким белым лицом, что это было заметно даже в сильных сумерках. Она одним движением руки отбросила в сторону тело псевдо-Гекхора. Кажется, в его пальцах остался кусочек моих внутренностей. И вот тут меня проняло так, что даже голос прорезался:
— Ы-ы-ы-ы!
— Я сейчас… потерпи, я быстро, — засуетилась она надо мной. Я почувствовал две бодрящих волны, что лёгким порывом ветра прошлись по мне от макушки до пяток. После них боль в животе почти полностью утихла, и исчезла скованность.
— Всё, Сэнга, я в норме, — произнёс я и сделал попытку встать. Девушка немедленно пришла мне на помощь. Когда утвердился на ногах, то получил ещё одну порцию исцеляющего и тонизирующего бриза. — Вот же тварь, — плюнул я на мёртвое тело, которое сейчас ещё меньше стало походить на человеческое. И это мне кое-что напомнило. — Кажется, мы встретили одного из астральных охотников за нашими головами. Умная паскуда оказалась. Другие ничем не лучше животных были, а этот… тьфу, — и ещё раз смачно плюнул на тающие, как пенопласт в ацетоне, останки.
— Я его не почувствовала, для меня он был обычным человеком, — виновато произнесла Сэнга.
— Для меня тоже. Это Фаинэлия его бы враз раскусила, всё-таки жрица. Ладно, чего уж теперь, это будет нам уроком.
Немного царапнуло, что моя чуйка в случае с Гекхором даже не пошевелилась, хотя обычно параноит по поводу и без. Выходит, и на старуху бывает поруха. Ведь у убийцы почти всё получилось.
— Юра, может, стоит воспользоваться лодкой и тихо уплыть из посёлка? Почти все наши вещи с нами. В комнате осталось то, что можем купить в любом месте.
