– Экспедицию на остров должен вести я, – прервал его Харбин. – Это ясно как день. Никто другой просто не сможет найти это место. – Молодой человек скрестил руки на груди.
– Твоя мать даже слышать об этом не захочет, – сказал Урза.
– Именно поэтому я сначала направился к тебе, – сказал Харбин, – а не к ней или к дяде Тавносу. Если ты скажешь «да», они не посмеют тебе перечить.
Урза снял очки и потер переносицу.
– Что ж, ты не оставляешь мне выбора, – сказал, поразмыслив, изобретатель. – Объявляю: экспедицию в открытую тобой страну возглавишь ты.
Харбин ожидал долгих переговоров и более упорного сопротивления Защитника отечества. Молодой человек услышал в голосе отца лишь смертельную усталость.
Урза потер подбородок.
– Харбин? – спросил он.
– Да, отец?
– Тебе снятся сны?
Вопрос окончательно сбил молодого человека с толку.
– Сны? Я думал, они всем снятся.
Урза поднял на лоб очки, и в них отразился тусклый, приглушенный облаками солнечный свет:
– Мне снилось, что я изобрел очки, которые позволяют заглядывать человеку в душу. И мне приснилось, что я надел эти очки и заглянул в сердце своему брату. Знаешь, что я там увидел? Тьму, одну только тьму. В сердце моего брата оказалась тьма, и больше ничего.
– Отец?
– Тьма, и больше ничего, – повторил Урза и глубоко вздохнул. – Вот почему мы захватим твой остров, вот почему мы бросим и его в пекло этой войны. Потому что мы должны победить эту тьму.
– Чушь! Чушь! Чушь и бредятина! – прогрохотал Мишра, швырнув что было силы книгу через тронный зал. Фолиант несколько раз перевернулся в воздухе и глухо врезался корешком в стену. Хаджар молча подошел, поднял книгу, расправил, как мог, помятые страницы, закрыл ее и аккуратно положил в растущую стопку.
– О мудрейший из мудрых, – сказал Хаджар, – даже в навозе порой можно найти бриллианты.
– Бриллианты? Бриллианты, говоришь? – крикнул Мишра. – В этих заумных бреднях не больше бриллиантов, чем травы на Полосе сувварди!
Хаджар попытался было сказать:
– Ученые из башен из слоновой кости выстояли против нашей армии в течение… – но Мишра жестом приказал ему замолчать.
– У них были высоченные стены и отличное оружие, – в холодной ярости выдохнул кадир. – Вся эта мистическая ерунда не имеет никакого отношения к боевым успехам.
– Генералы, командовавшие осадой, а затем штурмом города, высказались бы иначе, – промолвил Хаджар.
– Эти генералы просто искали оправдание собственной некомпетентности, – рявкнул Мишра. – Вот они и нашли его в пустой болтовне этих так называемых ученых. У них из-под носа уводят механического дракона, и они имеют наглость обвинить в его исчезновении каких-то колдуний и фей!
Он продолжал бы и дальше, хотя разобрать слова было трудно – у кадира сильно болело горло, но его одолел приступ кашля.
Хаджар подождал, пока повелитель прочистит горло, отдышится и снова сможет говорить. За последние годы Мишра необыкновенно растолстел – ему даже иногда было больно дышать. Жирный желтый дым, день и ночь клубившийся над Томакулом, не способствовал излечению. Хаджар советовал Мишре переехать в пустыню, где его ждал чистый воздух, но советы преданного телохранителя, как правило, игнорировались, и этот совет постигла судьба всех остальных.
Кашель быстро прошел. Мишра вытер слюну шелковым шарфом, который всегда был у него в кармане, и продолжил во всю глотку выражать недовольство.
– Так вот, эти так называемые ученые, – злобно прорычал он. – Что они там придумали? Мистическая энергия, заключенная в самой земле. Использование этой энергии через медитацию и воспоминания. Брехня! Мы выгнали этих шарлатанов из Зегона, а они нашли себе прибежище в Терисии. А я-то думал, мы найдем там знания!
Хаджар повторил:
– Даже в навозе…
– Можно найти еще более вонючий навоз! – завопил Мишра. – В их книгах не больше подлинного знания, чем в бормотании и ясновидении этих фалладжийских старух, что сидят на площадях, продавая сказки за звонкую монету!
От оскорбления, брошенного в адрес соплеменниц, Хаджар подскочил как ужаленный, но Мишра даже не посмотрел на него.
– Я рассчитывал, что мы найдем там оружие, какую-то таинственную машину, которая поможет нам одержать окончательную победу над моим братцем, – засопел кадир. – Нам же достались лишь сказки и мистические бредни! – Повелитель снова скорчился в приступе кашля, а Хаджар поднес мангал с раскаленными углями и плеснул на них воды. Тепло и горячий пар обычно облегчали дыхание мудрейшего из мудрых.
Мишра отчаянно нуждался в помощи, и Хаджар надеялся найти ее в книгах, вывезенных из башен города Терисия. Когда генералы рассказали ему, как на их глазах ученые победили – с помощью неведомых магических сил – механических драконов и мутантов, а армию и близко не подпустили к городу, Хаджар сразу поверил им.
