"Но приятно?" Я внимательно наблюдал за ней, ища любой намек на дискомфорт, оставаясь неподвижным под ней.
Поппи прикусила губу. "Да".
Я улыбнулся ей, а затем снова начал двигать бедрами. "Ты читала о чем-то подобном в дневнике мисс Уиллы?"
Ее лицо стало еще розовее. "Возможно".
Я грубо усмехнулся, взяв губу, которую она прикусила, своей. Руки на моих плечах дрожали. "Тебе было интересно, когда ты его читала? Готов поспорить, что да".
"Может быть, немного", - сказала она.
"Боги". Я укусил ее за шею, избегая почти заживших следов укусов. "Я люблю эту гребаную книгу".
"Не удивлена слышать это..." Она дернулась, и почувствовала себя более горячей, более влажной. "Я не думала, что это будет так..." Ее стон превратился в дрожь всем телом, когда я вдавился глубже. "Я не думала, что это будет похоже на..."
"Как что?"
"Вот так". Ее лоб прижался к моему. "Горячо. Порочно. Полно".
Ее дыхание зациклилось, то задерживаясь, то отпуская, и я не думаю, что она поняла, что я больше не направлял ее движения. Она скакала на мне, ее дыхание обжигало мои губы, ее тело двигалось в извилистых изгибах и погружениях. Она наслаждалась порочностью. В полной мере. Я слышал это в тех вдохах. Я чувствовал, как она сжимается вокруг моего члена и пальца. Когда она кончила, то вместе с ней кончил и я. Разрядка потрясла нас обоих, оставив у меня ощущение, что я потерял контроль над всеми мышцами своего тела.
Мне потребовалось много силы воли, чтобы выйти из нее и оставить ее на кровати, снова свернувшись калачиком на боку, выглядящей тщательно оттраханной самым непристойным образом. Я не стал долго задерживаться в купальне, быстро привел себя в порядок и вернулся к ней, присев у ее бедра.
Поппи не спала, хотя ее глаза были открыты лишь наполовину. В ее мягкой улыбке был покой, который я не хотел нарушать.
Но я должен был.
Она была отдохнувшей, сытой и оттраханной.
Оставалось надеяться, что эти три вещи помогут ей переварить то, что я должен был ей сказать.
"Есть кое-что, о чем мне нужно с тобой поговорить. В это будет трудно поверить, и это будет шок".
Перемена в Поппи была мгновенной. Улыбка исчезла, и она стала совершенно неподвижной, уставившись на меня. "Что?"
Я глубоко вздохнул, потянув подол ее рубашки вниз. "Служанка, в которую, как ты думаешь, влюблен мой брат? В ту, которая, как он утверждает, его сердечная пара?"
Ее брови сошлись. "Миллисент?"
"Да. Она". Я сглотнул. "Она приходила ко мне в камеру несколько раз. Я знаю, что она сказала Малику, что рана на моей руке инфицирована. А потом она пришла снова, после того, как я видел тебя. Она показала мне что-то. Вот откуда я знаю, что то, что она мне сказала, правда. Я это видел. Это невозможно отрицать. Она... она твоя сестра, Поппи. Твоя родная сестра".
ГЛАВА 34
Поппи
"Моя сестра?" Я никак не могла расслышать его правильно. Я села, как будто это могло как-то изменить то, что он сказал. "Она не может быть моей сестрой, Кастил".
Теплый ванильный вкус собрался в моем горле, когда он провел большим пальцем по шраму на моей левой щеке. "Она твоя сестра, Поппи".
Как будто существовал какой-то барьер, который полностью отталкивал всю идею. "И ты так думаешь, потому что она тебе так сказала?"
"Потому что она мне показала", - мягко сказал он. "Ты видела ее без этой маски, нарисованной на ее лице?"
Я нахмурилась. "Нет".
"А я видел". Он провел большим пальцем по изгибу моей челюсти. "Я видел, как она выглядит после того, как смыла краску и краситель".
"Подожди. Она купалась у тебя на глазах?"
"Вроде того". Одна сторона его губ изогнулась, а на правой щеке появилась ямочка. "Она, без всякого предупреждения, прямо с головой окунулась в ванну, которую принесли в мою камеру".
Это звучало как странный поступок.
Но потом я вспомнила, как она забралась на стул и лежала вверх ногами без всякой причины.
"Ее волосы не черные", - продолжил он, и я подумал о том, насколько ровным был цвет ее волос, как они выглядели в некоторых местах. "Это очень бледный блонд, почти белый".
Я отпрянула назад, когда передо мной возник образ женщины, которую я видела в тех странных снах или воспоминаниях. Та, которую я считала Консортом. У нее были такие бледные волосы, что они напоминали мне лунный свет. Мое сердце заколотилось.
"А ее лицо?" Кастил наклонился и провел рукой по моему затылку. "У нее твои глаза, только цвет другой. Нос. Структура ее черт. Даже наклон челюсти". Его взгляд искал мой. "У нее гораздо больше веснушек, чем у тебя, но она почти может сойти за твою близняшку, Поппи".
Я снова уставилась на него, охваченная бурей неверия. Практически моя близняшка? Если бы это было правдой, как я могла не заметить этого? Но маска - краска на лице - была толстой и большой, поэтому трудно было даже определить, какова структура ее костей.
Но он не мог быть прав. Каким-то образом его ввели в заблуждение. Обманули.
Наклонившись назад, я покачала головой. "Это не имеет никакого смысла. Ревенанты - это третьи сыновья и дочери. И если она была моей сестрой, значит, у меня есть еще два брата и сестра. И она была бы богиней".
