Я проснулся от толчка, открыл глаза и увидел тени, колышущиеся на открытых балках потолка. Меня там нет. Мое сердце колотилось. Я здесь. Воздух с хрипом входил и выходил из легких, когда я повторял эти слова, как молитву.
Кровать слегка сдвинулась, когда я провел руками по лицу, ощущая шероховатость мозолей - того, чего там не было.
Поппи перекатилась ко мне, прижимаясь всей длиной своего полураздетого тела к моему. "Я скучала по тебе", - пробормотала она.
Черт.
Мое сердце.
Ее голос.
Он успокаивал меня.
Опустив руки, я обхватил ее спину, впитывая ее тепло и мягкость. "Я соскучился по тебе".
Она придвинулась ближе, просунув ногу между моими. "Ты говорил со своим отцом?"
"Достаточно долго, чтобы сказать ему, что все, что он считает нужным сказать, должно подождать". Я запутался пальцами в ее волосах. "Он не был рад это услышать, но отступил".
"Значит, ты с ним вообще не поговорил".
"Я не хочу, чтобы он говорил то, что у меня сейчас в голове", - признался я. Ничто из того, что он мог сказать в данный момент, не заставило бы меня понять, почему он и моя мать скрывали от нас личность Кровавой Королевы. "Нет, когда есть все остальное - поиски Малека. Встреча с Исбет. Окончание войны".
Ее рука скользнула по моей груди. "Я могу это понять". Она тихонько зевнула. "Именно поэтому я больше не задавала Малику вопросов о той ночи в Локсвуде или о Коралене и Лео".
Я посмотрел вниз на ее макушку. Она не была готова к тому, чем Малик хотел поделиться. Так же, как и я не был готов к тому, что касается моего брата и нашего отца. "Тебе пора спать".
"Да." Но ее рука скользнула вниз по моему животу.
"Это не похоже на то, что ты собираешься спать".
Поппи молчала несколько мгновений. "Ты в порядке?"
Дошел ли до нее мой кошмар? Или она проснулась и просто почувствовала затянувшуюся неразбериху эмоций? Закрыв глаза, я глубоко вдохнул. Когда я не ответил, когда я не смог ответить, она повернула голову и поцеловала меня в грудь.
"Ты будешь", - прошептала она.
"Да, я буду".
"Я знаю". Ее рука скользнула под одеяло.
Все мое тело дернулось, когда ее пальцы коснулись кончика моего уже твердеющего члена, и она поднялась на половину.
Она не дала мне шанса сказать больше ни слова. Не то чтобы я жаловался. Ее губы нашли мои, и ее поцелуй был сладким. Я крепко обнял ее, когда она провела языком по моим губам. Поцелуй продолжался до тех пор, пока я не застонал от желания.
Боги, я всегда страдал по ней.
"Кас", - прошептала она, обхватив пальцами мой член. "Ты мне нужен".
Я вздрогнул от ее слов - от правды. Это я нуждался в ней, и она знала это - знала, что ее прикосновение, ее близость были основой. Напоминание о том, что я здесь.
"Сейчас же", - потребовала она.
Ее дерзкий приказ вызвал усмешку, когда я прижался к ее щеке. "Чего ты хочешь?"
"Ты знаешь", - прошептала она мне в губы.
"Может быть". Я скользнул рукой по ее горлу, мимо чувствительных, заживающих следов укусов и по ее груди, где сосок побаливал под хлопком халата. Я продолжал двигаться дальше, по мягкой выпуклости ее живота, а затем между ее ног. "Но ты должна мне сказать". Я провел тыльной стороной пальцев по ее влажному теплу и улыбнулся, когда она застонала. "На всякий случай".
Ее хватка на моем члене усилилась. "Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне". Она прижалась лбом к моему. "Пожалуйста".
"Тебе никогда не нужно говорить "пожалуйста". Я провел пальцем по самому центру ее губ. "Но на твоих губах это звучит так красиво".
У Поппи перехватило дыхание, когда я просунул в нее палец. Она укусила меня за подбородок, заставив все мое тело еще раз дернуться. Я ввел палец глубже. "Вот так?"
"Да".
Я поцеловал ее, вводя и выводя палец. "И вот так?" Мой голос был грубым, тяжелым.
Ее спина выгнулась дугой, когда ее рука начала двигаться в такт моим неглубоким толчкам. Ее бедра начали двигаться. "Мм-хмм".
Проводя большим пальцем по ее клитору, я изумился тому, как напряглось все ее тело, как перестала двигаться ее рука. Я усмехнулся. "А что насчет этого?"
Она застонала, и это был звук, который я мог бы слушать вечно. "Мне это очень нравится", - сказала она, но ее рука оставила мой член и сложилась вокруг моего запястья, отстраняя мое прикосновение от нее. "Но я хочу большего".
Поппи пошевелилась, отпустив мою руку и опустившись на локти. Халат, наполовину расстегнутый, соскользнул с ее рук. Никогда в жизни я не был так благодарен за улучшенное зрение, которому она так завидовала.
Розовые груди приподнялись, их кончики сжались. Ее щеки раскраснелись, ноги широко расставлены, открытые и манящие. У меня, черт возьми, рот разинулся от одного ее вида. Я поднялся на полпути. "Ты прекрасна". Я осмотрел каждый дюйм обнаженной плоти. "Знаешь, чего я не понимаю?"
"Что?"
"Как ты не проводишь весь день с этими красивыми пальчиками между этих красивых бедер". Я просунул руку под халат, обхватив ее бедро. "Вот что бы я сделал на твоем месте".
Она засмеялась. "Тогда бы ты мало что успел сделать".
