— В этом нет необходимости. Я не ваша королева, — сказала я, глядя на окутанного пеленой Кастила. — Нам просто нужно пространство. Уединенное место, где я смогу помочь своему мужу.
Голова Малика резко повернулась в мою сторону, но он ничего не сказал.
— Может быть, сейчас ты и не наша королева, — сказала Клариза, поднимая голову, — но ты бог.
— Да. — Я сглотнула, на меня давило беспокойство. — Но вам все равно не нужно склоняться передо мной.
— Не то, что я ожидал услышать от настоящего бога, — пробормотал Блаз. — Но я не собираюсь жаловаться. — Он взял жену за руку, и они вместе поднялись. — Все, что нужно.
— Комната? — предложил Малик. — С крепкой дверью. — Он сделал паузу. — И стенами. На всякий случай.
Клариза нахмурилась.
— У нас есть спальня, которую когда-то использовала мать Ризы. — Блаз повернулся и начал идти. — Не уверен, насколько прочны стены или дверь, но они целы.
Мы пошли следом, миновав то, что казалось входом в комнату для отдыха, а затем еще одну закрытую дверь. Блаз открыл закругленную дверь слева на противоположной стороне зала.
— Его морили голодом, не так ли? — спросила Клариза, когда ее муж поспешил в комнату, зажигая газовую лампу на маленьком столике.
Мой взгляд метнулся к ней, когда Малик отнес Кастила на узкую кровать. Цепи звякнули, когда он укладывал его, привлекая внимание Блаза.
— Моя прапрабабушка была атлантийкой, — объяснила Клариза. — Моя бабушка рассказывала мне, что происходило, когда ее мать не могла легко найти другого атлантийца, от которого она могла бы питаться. Из того, что я помню, это не было похоже на то, что многие стены или двери достаточно прочны.
У меня было много вопросов о том, почему ее семья решила остаться, а не отправиться в Атлантию, но эти вопросы должны были подождать, пока я переходила на другую сторону кровати. Малик стянул с себя плащ.
— Чертовы боги. — Вздох Блаза превратился в хрип. — Простите. Вероятно, это было оскорбительно. Я глубоко сожалею.
— Все в порядке. — Мое сердце вновь заколотилось, как только я увидела слишком бледную кожу Кастила и страшную рану.
— Черт, — выругался Малик, и мой взгляд переместился на лицо Кастила. Темные брови нахмурились. Я увидела напряжение, прокравшееся в суровые черты его лица.
— Вам всем лучше уйти, — посоветовал Киеран, выходя вперед, когда Малик взялся за цепи. Он снял их с груди Кастила. — Он вот-вот проснется.
Клариза схватила мужа за руку и уже начала отступать к двери.
— Я приготовлю немного еды и подогрею свежей воды. Ему понадобится и то, и другое.
— Спасибо. — Я заставила себя улыбнуться, бросив взгляд на Ривера.
Дракен почувствовал мою волю. Он повернулся к смертным.
— Я помогу.
Другими словами, он будет присматривать за ними. Может быть, они и Последователи и сейчас планируют напасть на Вэйфер, но это не значит, что я доверю им жизнь Кастила.
— Конечно. Ты можешь рассказать нам, откуда родом, пока помогаешь, — услышала я слова Кларизы, когда она вышла в коридор. — Например, с какого именно ты востока.
Это было бы странно, если бы не тот факт, что Ривер был родом с самого дальнего востока.
— Тебе нужно поделиться многими вещами после того, как ты закончишь здесь. — Блаз указал на Малика, когда тот остановился в дверном проеме. — Многими вещами.
На этом дверь закрылась. Я посмотрела на Малика.
— Они знают, кто ты?
— Нет, — сказал он. — Не знают.
Глаза Кастила открылись, радужка была темно-черной. Я не была готова увидеть это снова. Мое сердце раскололось еще больше, но времени на это не было.
Он соскочил с кровати, брыкаясь, как загнанная в угол гадюка. Я отпрыгнула назад, ударившись о стену. Его пальцы задели переднюю часть моей рубашки, когда Малик закручивал цепи вокруг своего предплечья и с ворчанием тащил Кастила назад. Ругаясь, Малик пытался уложить брата обратно на кровать, но Кастил был невероятно силен в таком состоянии.
— Малик может покормить его, — процедил Киеран, когда Кастил издал низкий вой. — Я возьму цепи.
— Нет. — Я оттолкнулась от стены. Взгляд Киерана метнулся ко мне. — Во мне гораздо больше эфира. Разве моя кровь не избавит его от жажды крови гораздо быстрее?
Киеран не ответил.
Малик ответил.
— Маловероятно, что моя кровь поможет ему в данный момент, — сказал он, его челюсть сжалась, когда он уперся каблуками. — Мы оба это знаем. Она — бог. Ее кровь — лучший выбор.
Беспокойство Киерана заполнило мое горло, как слишком густой крем — его беспокойство за меня и за Кастила.
— Сначала я могу исцелить его. Мне просто нужно прикоснуться к нему. Это должно его успокоить.
Малик с сомнением поднял брови, когда Кастил повернулся к нему, заставив Малика запрыгнуть на кровать и перебраться на другую сторону.
— Мне просто нужно, чтобы один из вас отвлек его. — Я прижалась к щекам Киерана. — Сначала я его успокою. Хорошо? Я не позволю ему причинить мне боль. Никто из нас не позволит.
В моей ладони запульсировали мышцы, а глаза Киерана засветились синим светом.
— Черт. Я ненавижу это.
— Я тоже. — Потянувшись вверх, я прижалась губами к его лбу.
По его телу пробежала мелкая дрожь, а затем он отпустил меня.
