Война Двух Королев полностью

Вспыхнула яркая вспышка света, но она исходила снизу — изнутри поместья.

— Что за черт? — вздохнул Нейл.

Взрыв, который произвел поток света, ударившись о небо, был оглушительным и потрясающим. Молния выгнулась дугой, а затем вспыхнула, разделившись на несколько трещащих потоков серебристо-белого света, которые пронеслись по всему небу, поднялись к облакам и…

Дракены.

Кто-то закричал. Я не знала, была ли это я или нет, так как молния ударила в дракена сверху. Земля вздыбилась, подбрасывая меня к Нейлу. Ослепительный свет залил скрученные и корчащиеся фигуры.

В горле вспыхнула боль. Я кричала, но не только я. Ужас нарастал по мере того, как дракены падали, их крылья ослабли, а тела извивались на ветру, врезаясь в сосны, палатки, один за другим, один за другим, один за другим…

Потом все остановилось.

Все.

Земля перестала дрожать. Молния исчезла, и тучи развеялись. Ветер утих. Все просто… остановилось, как будто пальцы разжались. Не было даже дуновения ветерка.

В небе не было ни одного дракена.

Ривер снова воззвал, звук был скорбным и низким. Я услышала ответ, дрожащий и полный страдания.

— Нет. Нет. Нет, — прошептала я, отстраняясь от Нейла и направляясь, а потом и побежав, к ближайшей развалившейся палатке.

В центре лежало обнаженное тело. Я бы не догадалась, что это дракен, если бы не пятна темной, обугленной плоти на лодыжках, коленях и во всех других местах, где были суставы.

Отодвинув складки полотна, я опустилась на колени рядом с темноволосым мужчиной. Я направила пульсирующий в груди огонь, когда положила свои руки на его руку. Я не колебалась. Не было времени думать о том, что я делаю, когда видела только трех приземлившихся и остальных упавших. По моим рукам разлилось тепло, распространяясь по пальцам, когда я прижала их к его бицепсам, ощущая слабые, но отчетливые гребни, напоминающие чешую. Серебристое сияние растеклось по дракену в паутине света и… и затем бесполезно скатилось, осыпавшись на палатку.

Мое сердце заколотилось, когда я попыталась снова, вытянув еще больше первобытной сущности и еще сильнее вдавив ее в дракена.

Произошло то же самое, скатившись с него.

С другой стороны появился Киеран, касаясь шеи дракена. Его взгляд поднялся к моему.

— Он ушел.

Я втянула воздух.

— Я могу вернуть его. Так же, как сделала это с той девочкой. Мне просто нужно постараться.

— Ты не можешь. — Хриплый голос заставил меня вздрогнуть. Глаза Киерана переместились мимо меня туда, где, должно быть, стоял Ривер в своей смертной форме. — Ты можешь исцелять, но как только душа разделит существо двух миров, ты не сможешь восстановить жизнь.

Киеран качнулся назад, быстро моргая, и повернул голову к другому обрушенному шатру. Туда, где воины и вольвены собрались в многочисленные группы вокруг…

Снова раздался мучительный, воющий зов.

— Нет. — Я повернулась к Риверу и начала подниматься. — Я могу попробовать с другими.

— Нет, не можешь. — Ривер стоял на коленях у ног поверженного дракена, склонив голову.

— Почему нет? — крикнула я, гнев и неверие схлестнулись воедино. Мое сердце колотилось, дыхание было тяжелым.

— Только Первородная Жизни может вернуть жизнь любому существу двух миров. — В его словах прозвучала окончательная точка, как удар по нутру. — Их больше нет.

Их больше нет.

Я смотрела на Ривера, пока эти два слова повторялись снова и снова. Только трое приземлились, присоединившись к Риверу. Это означало…

Меня пронзила дрожь. В воздухе находилось шестнадцать. Шестнадцать дракенов, которые только что пробудились после того, как боги знают сколько времени не делали ничего, кроме как умерли?

Мои руки раскрылись и сомкнулись, пока я медленно кружилась по кругу.

— Мне жаль. Мне так жаль.

— Это не твоя вина, — вставая, возразил Киеран.

Но я пробудила их. Я привела их сюда. Они последовали за мной…

Все, что ты и те, кто последует за тобой, найдут здесь — это смерть.

Я стояла на дрожащих ногах, глаза и горло горели, когда я увидела трещины в земле, некоторые тонкие, а другие достаточно большие, чтобы споткнуться. Трещины расходились по земле, как хрупкая паутина, и продолжались вдоль стен поместья. На крыше не было никаких повреждений, которые я могла бы увидеть в лунном свете. Казалось, что ни одна стрела света не пронзила ее.

Медленно я повернулась к тому месту, где стояли Нейл и несколько солдат, глядя за пределы рухнувших палаток. По коже пробежал холодок, и я проследила за их взглядом. За пределами лагеря сосны больше не тянулись к звездам. Деревья и тяжелые, игольчатые ветви были наклонены вперед, касаясь земли. Казалось, что на них опустилась огромная рука, заставляя их склониться. Я посмотрела на Киерана.

— Я не знаю, что это вызвало. — Он провел рукой по лицу. — Я никогда не видел ничего подобного раньше.