— Орлы! — не стал оспаривать слова собеседника Михаил, хотя до сих пор полагал некоторых из своих пилотов пусть и боевитыми, но воробьями. — Правда, и орлицы тоже имеются. — Стоило летчику разгружаемого ныне аэроплана приблизиться к их компании, как командир добровольческого полка расцвел в улыбке. — Позвольте представить вам. Моя прекрасная супруга — Элен Дубова-Дютрие. Так же как и я — пилот-охотник и командир добровольческого санитарного авиационного отряда. А сей достойный воин — генерал-лейтенант граф Келлер, Федор Артурович, командир 10-й кавалерийской дивизии — в свою очередь отрекомендовал он собеседника своей второй половинке.
— Мадам! — припав губами к протянутой ручке, аж прищелкнул каблуками старый кавалерист — Ослеплен вашей красотой и поражен вашим мужеством! Знай я заранее, что спасать мою жизнь явится столь прекрасное создание, ей Богу, подставился бы под удар австрийского улана. Граф Келлер, к вашим услугам!
— Приятно познакомиться, господин граф, — с хорошо заметным акцентом ответила распушившему перья генералу летчица. — Но за подобные действа я бы лично вас штопала без всякого наркоза. Дабы вновь неповадно было совершать глупости! — шутливо погрозила она генерал-лейтенанту пальчиком. — Однако вы целы, и это меня безмерно радует. Ведь мне и моим коллегам нынче забот будет меньше. Как я смогла заметить, у вас и так немало раненых. Потому, чем быстрее мы приступим к делу, чем больше ваших солдат выживут. Не подскажете, где нам следует разворачивать полевой госпиталь?
— Право, мадам! О каком госпитале вы говорите? — даже несколько опешил от подобного напора граф. — Нам следует сворачиваться как можно скорее и отходить, пока не подошли вражеские подкрепления, что столь удачно для нас обнаружили летчики уважаемого Михаила Леонидовича.
— Вам решать, господин генерал-лейтенант. Но пока мы будем с вами дискутировать, что должно, а что нет, самые тяжелораненые могут так и не дождаться квалифицированной помощи. Помощи, что уже прибыла!
— Ваше превосходительство, — тут же поспешил на помощь супруге Михаил, — авангард австрийской пехотной дивизии, пока мы с вами говорим, уже атакуется дюжиной аэропланов. И поверьте мне на слово, им придется сильно притормозить свое продвижение, ведь повторять атаки летчики моего полка будут, пока не зайдет солнце. А что такое атака целой группы аэропланов, вы и сами могли недавно оценить. К тому же мы не собираемся развертывать здесь госпиталь дивизионного или армейского масштаба. Увы, но подобными ресурсами мы похвастать никак не можем. На аэропланах прибыло всего пять хирургов. Это все, кто у нас есть. Потому здесь и сейчас помощь они будут оказывать только тем из солдат и офицеров, для сохранения жизни которых дорога каждая секунда. Всех же прочих следует скорейшим образом перевязать и подготовить к транспортировке в Кременец, где развернуты тыловые госпиталя. В любом случае я буду первым, кто затолкает Элен в аэроплан и отправит подальше отсюда, стоит только возникнуть опасной ситуации. Пока же противник нам подобное позволяет, давайте постараемся спасти как можно больше людей. Ведь опытные рубаки нам еще ой как пригодятся. А за одного битого, как известно, двух не битых дают.
— Коли таково ваше решение, не смею мешать. И благодарю за заботу о моих бойцах, — склонил голову в коротком кивке граф, прекрасно знающий, насколько тяжело обстояло дело с санитарным обеспечением не только его дивизии, но и всей армии в целом. Госпиталь же предполагаю наилучшим обустроить в Ярославце. Это вон та деревушка в полукилометре отсюда, — указал он рукой в сторону виднеющихся домов. — Там, и вода, и какие-никакие удобства, имеются. Я прикажу свозить всех раненых туда.
— Только наших раненых, — тут же весьма твердым голосом уточнил Михаил. — На своих бы времени, сил и медикаментов хватило, — пояснил он на вопросительный взгляд генерал-лейтенанта. — Не мы начали эту войну, но мы должны стать теми, кто ее закончит. А для этого надо беречь своего солдата и уничтожать противника всеми доступными способами.
— Что же, не могу, не согласится, — покивал головой граф. — Но наиболее прочих нуждающихся в медицинской помощи австрийских офицеров я к вам все же пришлю, — не смог не проявить сословную солидарность Келлер.
— Присылайте, господин генерал-лейтенант, — чтобы супруг не успел ляпнуть еще чего-нибудь, поспешила вмешаться в разговор Элен. — Дайте десять минут и мы будем готовы принять всех нуждающихся. — Быстро попрощавшись, она скорой походкой вернулась к своему аэроплану, после чего повела нагруженную многочисленными вьюками группу летчиков к указанной деревне.
— Ваше превосходительство, — проводив взглядом жену, вновь вернулся к своему собеседнику Михаил, — я не имею никакого права требовать и могу лишь просить… Распорядитесь представить к нашему госпиталю охрану. Хотя бы взвод. А то мало ли что может случиться на войне.
— Не извольте беспокоиться, Михаил Леонидович. Выделю. И не взвод, а эскадрон. Коли мы не будем заботиться о наших женщинах, что врачуют наши раны, то кем мы станем?
