Тем не менее, к маю 1914 года, что Калеп, что нижегородцы, были вынуждены остановить свои метания, дабы не оказаться на грани финансовой пропасти. Слишком много столь потребных оборотных средств оказались намертво заморожены в готовой технике и запасах материалов, что уже вскоре могло привести к невозможности выплатить сотрудникам заработную плату. А с учетом не самой простой обстановки в грезящей революционными настроениями рабочей среде, это могло закончиться очень и очень плохо. Но только три человека не сомневались в скором денежном дожде, что непременно должен был обрушиться на их предприятия. Все же война стояла уже на пороге. И надо было такому случиться, что реальность предвосхитила все их чаяния. Именно в мае пяти крупнейшим авиационным заводам империи был неожиданно выдан заказ в общей сложности на 292 аэроплана. Но если для всех прочих, уже не единожды успевших сорвать сроки поставки самолетов, оплата полагалась лишь по факту приемки техники военными представителями, то отличающемуся завидной пунктуальностью "Пегасу" было дозволено выделить ассигнованием до половины средств от цены машин. С учетом же чистой прибыли в 3000 рублей с каждого проданного У-2, на руках авиаторов появились деньги достаточные для заказа еще двух десятков грузовиков, но теперь уже своим соседям с тракторного завода, чьи производственные мощности не были загружены даже на треть. К сожалению, в своем рвении дать стране уже в самом начале противостояния как можно больше бронемашин, они совершенно позабыли о потребности, как добровольческих авиационных отрядов, так и пока еще не существующих отрядов бронетехники, в службах снабжения. А без своевременного подвоза горючего и боеприпасов, ни те, ни другие, не имели ни малейшего шанса продемонстрировать все свои возможности. Потому из числа той полусотни шасси, что уже были сданы или достраивались, лишь трем десяткам предстояло примерить на себя броню. Остальным же отводилась роль чистых грузовиков. Лишние же комплекты брони уже полученные с Ижорского завода могли и полежать месяц другой в ожидании новых колесных баз. И даже выстрел, прозвучавший в Сараево, что стал спусковым крючком в давно планируемом общемировом противостоянии, уже не мог испортить запущенный конвейер подготовки к войне, как минимум, трех заводов производящих не только современную, но и смертоносную для противника технику. Однако пока балом правила мирная жизнь, и у людей оставалось еще несколько недель для завершения наиболее важных дел в преддверии образования дефицита всего и вся. Не стало исключением и организация утвержденных военных сборов авиаторов.
Начиная с 1912 года, когда вступил в свои права новый Устав о воинской повинности, в числе прочего изменились и сроки принятия на воинскую службу вольноопределяющихся. Отныне все желающие, за исключением имеющих медицинское образование, принимались в промежутке с 15 по 30 июня, чтобы начать исчисление срока службы с 1 июля. И пусть даже все изъявившие желание поучаствовать в первых военных сборах ИВВФ авиаторы и механики были отнесены к охотникам, срок их приема решили совместить, дабы не множить сущности. И надо было такому случиться, чтобы первые же сборы оказались на грани отмены, когда на обоих отобранных аэродромах уже успели собраться все подавшие заявки на участие.
