Что Косово никогда не отделится от Сербии (при том, что оно фактически отделилось еще в 1999 году), что американцы специально хотят раздробить Сербию и на откалывании Косово не остановятся – продолжат и дальше откусывать по кусочку. Что Россия-де непременно начнет войну с США, если те признают Косово. И эти люди не сами это придумали. Они в это верили, и верили давно.
Спорить было невозможно. Одно дело бороться с неправдой, другое дело – с мифами, которые лелеют годами, которые используют, с которыми живут и умирают.
В Сербии, пережившей войну, революцию и попытку реставрации, я понял, что покончить с режимом намного проще, чем расстаться с мифами. Для последнего нужно произвести революцию в своей собственной голове.
Вчера в Сербии прошли парламентские выборы – первые после смерти Слободана Милошевича и распада союза с Черногорией. Результаты станут известны сегодня, но уже вчера чуть ли не все в Белграде предсказывали, что победа достанется ультранационалистам – Сербской радикальной партии, обещающей своим избирателям ориентироваться на Россию.
Детский сад «Зека» («Зайка») с самого утра воскресенья полон народу. Фотографии мальчиков и девочек в нарядных костюмчиках развешаны по стенам. Рядом – детские рисунки. Вот солнышко, которое нарисовал трехлетний Бранко Петрович. А вот котенок четырехлетней Еленки Маркович. На соседней стене – фотография радостных и гордых родителей и воспитателей: они смотрят, как танцуют малыши.
Но эти картинки никто не замечает. У входа в два ряда сидят серьезные мужчины и женщины. Старичок в костюме с ультрафиолетовой лампой осматривает руки всех входящих. Блондинка средних лет выдает бюллетени. А потом молодой парень прыскает спреем каждому пришедшему на указательный палец – чтобы никто не смог проголосовать дважды. В детском саду расположен избирательный участок № 7 города Белграда.
Вдруг комиссия оживляется. К участку подходит седоватый мужчина с супругой в больших солнечных очках. За ними скромно следуют их сын с женой. Старушки бросаются пожимать руку подходящему мужчине, подросток берет автограф. Это Томислав Николич, руководитель Сербской радикальной партии. Лидер этой партии Воислав Шешель уже несколько лет сидит в гаагской тюрьме – трибунал по бывшей Югославии обвиняет его в военных преступлениях. Но на многих стенах в Белграде аккуратно выведено краской: «Шешель – сербский герой».
Ультранационалисты Шешеля и Николича выиграли прошлые парламентские выборы, получив 27
Николич заходит в детский сад, любезничает с комиссией и позволяет обрызгать свой палец спреем.
– Мы одержим победу. Сербия должна идти своим путем, и никто не должен вмешиваться в наши дела, – уверенно говорит он, опустив бюллетень. – Мы не вмешиваемся в дела Евросоюза, зачем же они вмешиваются в наши? Нам поможет Россия, – многозначительно добавляет он.
– Какой помощи от России вы ждете? – спрашиваю я. Томислав Николич вроде бы знает русский, но отвечает по-сербски.
– Россия – наш стратегический союзник. Она всегда нас поддерживала и сейчас не допустит того, чтобы у нас отняли Косово.
Европейские журналисты окружают лидера сербских националистов со всех сторон, спрашивая, стоит ли Европе опасаться их победы и согласятся ли радикалы когда-нибудь с независимостью Косово. Томислав Николич не знает английского, но отвечает им по-сербски, что опасаться не стоит, но независимости Косово радикалы не допустят.
Я подхожу к сыну лидера националистов, скромно стоящему в сторонке.
– Очень приятно, меня зовут Бронислав, а это моя жена Милана, – смущенно улыбается он. – Мы очень рады видеть здесь журналиста из России.
Его жена кивает и переспрашивает:
– Вы прямо из самой Москвы?
В отличие от Томислава Николича, они говорят по-английски, а русского не знают.
– Я думаю, что мы победим, но не уверен, что удастся сформировать коалицию. Могут возникнуть проблемы, – Бронислав смущается еще сильнее. Он явно не так радикален, как его отец.
Но тут к нему на подмогу подбегает один из молодых убежденных националистов.
– Вы из России? Отлично. Меня зовут Боян.
Он крестится и уверяет меня, что их партия победит.
– Мы никогда не позволим забрать у нас Косово. Это наша земля. Вот у вас есть Чечня, но вы же ее никому не отдаете. И американцы не смеют ее у вас забрать! А почему они забирают у нас Косово?
– Но в Косово уже почти нет сербов. И многие страны готовы признать его независимость. Как вы сможете удержать его?
– Это наша земля! Мы не хотим войны. Но просто так мы ничего не отдадим. Мы будем бороться. Мы гордый народ и не позволим иностранцам отнимать нашу территорию, – он говорит все быстрее и быстрее, так, что я перестаю его понимать.
