Это будет исторический прецедент – раньше эстонское правительство никогда не возлагало цветов к Бронзовому солдату.
Впрочем, в сегодняшней программе правительственной делегации не только военное кладбище, но и мемориал жертвам холокоста в Клоога, а также Маарьямяги – комплекс, где похоронены солдаты вермахта, и установлены памятники советским воинам и эстонским бойцам.
Я обошел вокруг памятника. Сзади действительно виден технический шов, который вовсе не похож на след недавней переноски – он на статуе уже давно. Пробившись к обласканным телевизионщиками старушкам, я задал свой вопрос:
– А где здесь выход?
– Мы сами туда идем, сейчас покажем.
Ровно через минуту старушки сошли с выложенной гравием дорожки и пошли куда-то меж могил. Главный вход оказался совсем рядом – он был отмечен большой полицейской тумбой с плакатом на трех языках: «В июне здесь состоится открытие памятника павшим во Второй мировой». То есть сейчас памятник еще считается закрытым – торжественная церемония состоится только после того, как за его спиной построят стену, такую же, как стояла на Тынисмяги, и идентифицируют останки тех, кто был похоронен под ним на Тынисмяги.
На выходе с кладбища меня догнал человек. По его лицу было видно, что он совсем потерялся – хотя в его руке и была карта.
– Приходил посмотреть на статую, да? – дружелюбно начал он. – Любопытно тут все. Ты ведь не местный?
Сам он тоже оказался не местным – туристом из Австралии.
– Я тут уже две недели. Мне очень нравится. Такое ощущение, что у тебя на глазах происходит история. Я за всем наблюдаю и все записываю в свой блог.
– А в тут ночь, когда были погромы, тоже гулял?
– Да, было очень интересно.
– Новой одежды не приобрел?
Мой собеседник явно не понял шутки.
– О'кей, тебе, как человеку нейтральному, чьи действия кажутся более разумными?
– Я лучше скажу, чего я совсем не понимаю. Как ваши парламентарии могли приехать сюда и потребовать отставки правительства Эстонии? Это же безумие! Так никто в мире не поступает. Представляешь, австралийские парламентарии приедут в США и потребуют отставки Джорджа Буша? И еще я не очень понимаю, что русским конкретно нужно: статуя, останки или то место, где он раньше стоял.
С кладбища я отправился именно на место прежней дислокации Бронзового солдата – на Тынисмяги. Я взял себе в провожатые одного из членов «Ночного дозора». Мы прошлись по площади – она огорожена и со всех сторон увешана щитами «Ведутся работы по озеленению».
– Ну что, пойдем дальше, как мы шли той ночью? – как бы невзначай спросил мой собеседник.
– Конечно, покажи мне, каким путем бежала толпа тогда, в ночь с 26 на 27 апреля.
И мы пошли пешком от Тынисмяги мимо офиса Партии реформ и Минюста к кинотеатру «Космос», а потом развернулись в сторону Старого города.
– То, что произошло в тот день, – это был первый всплеск недовольства, которое копилось у народа пятнадцать лет, – мой спутник взглянул на целехонькую витрину магазина с компакт-дисками. – Удивительно, что этому салону DVD так повезло. Ведь не тронули же. Хотя, в общем-то, в те магазины, где сидели люди, не лезли. На вопрос, кем были провокаторы, начавшие мародерства, дозоровец не смог ответить однозначно.
– Да знаешь ли, это могло быть выгодно разным силам. И эстонским националистам – чтобы нас опорочить. И реформистам. И даже центристам – чтоб показать, что все кругом виноваты, а они ни при чем.
– Ну, в общем-то, тогда и «Ночному дозору» тоже выгодно.
– Да брось. Ты же неглупый человек, понимаешь, какая «мощная» структура «Ночной дозор».
– Конечно. Потому что вся его мощь – в пиаре. А после той ночи он получил сказочный пиар. В общем, ты прав, всем было выгодно.
Мой собеседник остановился и снял солнечные очки.
– Да ладно, – продолжил я, – расскажи мне, может ли повториться побоище?
– Я думаю, вряд ли. В тот раз совпало сразу много факторов. Постарались совсем разные силы, одновременно со всех сторон. А сейчас многие могут затаиться.
– А что будет восьмого и девятого?
Дозоровец стал рассказывать о том, что народ разделился на три течения. Первые – за закон и порядок. Они пойдут на кладбище и спокойно возложат цветы там. Вторые намерены протестовать – и будут требовать вернуть памятник на место. А третьи, может быть, будут действовать из подполья и мстить – наподобие «Красных бригад».
– То есть как? Что же они будут делать? Выкрадут Ансипа?
– Откуда я знаю? Я про них ничего не знаю, – улыбнулся мой спутник.
