— А это как товарищ Сталин решит. Если скажет, что с вас довольно — то как ваш король капитуляцию подпишет, вас репатриируют, если вы и правда, в «асгарде» не были. Ну а признает Норвегию нацистским государством — то поедете на наши стройки народного хозяйства, свою вину искупать. Вы может и ненадолго, годика на три — ну а «асгардовцы», на все двадцать пять!
— Ваше королевское величество, Правительство США интересуется вашими дальнейшими намерениями.
— Господин посол, вы сами знаете ответ. Если бы вы исполнили свои обязательства по Атлантическому союзу.
— То сейчас Осло постигла бы судьба Шанхая. Судя по тому, что из этого города разбежалась половина населения, ваши подданные думают точно так же. Затем русские бомбы упали бы на Нью-Йорк, Лондон. И началась бы новая мировая война, по сравнению с которой та, прошедшая, показалась бы детской игрой.
— Зачем тогда было заключать договор, который вы не собирались исполнять?
— А вам знакомо понятие «по открывшимся обстоятельствам»? Кто знал, что у русских окажутся бомбы по пятьсот тысяч тонн. И реактивные воздушные торпеды, не сбиваемые никакой ПВО. Нет, мы не отказываемся от своих обязательств — но война за вашу свободу здесь и сейчас слишком дорого обойдется свободному миру.
— И вы отдаете нас под коммунистическое иго. Решив, что ваши драгоценные жизни дороже принципа свободы. Кто будет следующим — голландцы, датчане? Неужели ваши гарантии и сегодня стоят столько же, как те, что вы давали Польше в тридцать девятом?
— Положим, те гарантии дали британцы, а не мы. И все же объявили Гитлеру войну, в итоге ставшую для Рейха приговором.
— Так объявите войну Советам сейчас! Хотя бы отомстите за нас, если боитесь спасти.
— Мы отомстим — но когда-нибудь, после. А пока — позвольте вручить вам Ноту от Правительства США.
— Что это?!
— Соединенные Штаты, верные Штутгартскому протоколу, ради проведения денацификации и сохранения мира в Европе… Есть вопросы?
— Вы объявляете нам войну?!
— А как, простите, нам спасти вас от полной оккупации русскими? Капитулируйте перед СССР и нами — и Сталин заберет себе север, который и так уже у него, ну а мы, что осталось. Слава богу, наши войска с вашей территории еще не выведены — так что технически осуществить все очень просто и быстро.
— При том, что это вы притащили в мою страну Гиммлера. А теперь умываете руки, что «не знали»?
— А вы, Ваше Величество? Неужели ваши приятели из «асгарда» ничего вам не говорили?
— Нет, черт побери! Я понятия не имел, что этот…. находится в моем королевстве! Это вы замутили какую-то свою игру — а нам расплачиваться по вашим счетам?
— Жизнь часто бывает несправедлива, Ваше Величество. Что поделать!
— Как я понимаю, у меня выбора нет? Иначе вы убьете меня, как убили моего отца? И думали, что я не узнаю?
— Искренне сожалею. Но вы, Ваше Величество, должны понимать, что такое политическая целесообразность. И знаете, что такие решения принимаю не я. Ну а теперь — вы ведь не хотите, чтобы в этой стране вместо короля стал президент? Причем, весьма возможно, коммунистический.
— Дайте мне еще время! Положение на фронте стабилизировалось. Не ваши ли военные всегда говорили мне, что русские не умеют воевать, и все их победы, это от неисчислимости их орд, и заваливания трупами, своих потерь не считать? Но здесь у них нет превосходства — пока что они ввели в бой всего три дивизии, две свои и одна немецкая. Кстати, посол ГДР был здесь с подобной нотой два дня назад — отчего-то у советского блока гораздо ответственнее относятся к союзническим обязательствам!
— Вы еще Италию вспомните. Или опасаетесь, что макаронники пришлют сюда свои войска?
— Мне не до шуток — объявив нам войну, итальянцы в Средиземном море уже захватили шесть наших торговых судов! Надеюсь, вы и это включите в свой счет к коммунистам?
— Обязательно включим, Ваше Величество. Но мне хотелось бы услышать, на чем основан ваш военный оптимизм?
