– Турбинщиком! – гордо ответил тот, расправляясь по очереди с заклёпками, соединяющими листы геликоптера. Монтажный инструмент, который вручил ему пилот, вмешивался в молекулярную структуру соединений, лишая их прочности. Довершила дело грубая сила. Правда, пластик слегка пострадал в местах заклёпочных швов, но в распоряжении отряда оказались восемь лёгких и удобных щитов из прозрачного пластика: пуленепробиваемого, способного надёжно защитить от струи из огнемёта.
– Мне доверили обслуживать большую турбину! – продолжал Хью с гордостью.
– А кем был Серый?
– Он учился на авиаредда!
«Ого!» – про себя даже присвистнул пилот.
Вслух добавил:
– Молодец был ваш Серый. Настоящий герой. Не печалься, Хью: он ушёл звёздной дорогой, для которой и готовил себя.
Фред вздохнул: «Скорее всего, все ребята с низким нью-джи. Если бы не Серый, век им воли не видать…
Теперь важно продержаться, пока не подоспеет подмога. Надо сказать об этом».
Лейтенант Фред набрал жидкого воздуха в лёгкие, раздышался и произнёс:
– Ребята! Солдаты Моря! Внешние едут сюда с единственной целью – убить всех нас. Они запомнят подводников такими, какими увидят в этом бою. И сделают выводы. Помните: рифы очень уязвимы. Рифы противостоят колоссальным давлениям глуби лишь потому, что люди Моря превыше всего ставят свой долг. И служат подводной цивилизации до последнего вздоха. Братцы, если Суша почувствует слабину, рифам придёт конец. Сейчас мы будем драться не за свою жизнь: мы будем драться за существование нашего мира!
Губы лейтенанта дрогнули. Он продолжил:
– Несколько поражений в этой войне, не важно, больших или малых, на море или здесь, в точке Силью, – и Суша, возомнив о своей силе, ринется в Великую Глубь. И народ Моря просто исчезнет. Знаете, для чего вам спина? За спиной каждого – наш великий народ!
В глаза ребят вернулся блеск. Те, кто ещё не мог владеть телом, плакали.
– Эх, Фредди, а хорошо ты сказал, понятно! Я сразу представил за спиной мою семью: маму, сестрёнку, бабулю и даже прапредка, как он обживал риф. Я турбинщик в третьем поколении, мой дед погиб, устраняя неполадки на энергоблоке. И я умру, защищая всех подводников и моих друзей: и Серого, и Вана, и Анджея, и тебя, братишка!
Лейтенант подумал, что, вообще-то, о спине он добавил просто так…
– Боб, – подозвал приятеля Хью, – тебе говорю: береги нашего пилота. Его экзоскелет самый лакомый кусок для внешних, ему будет труднее всех. А теперь командуй нами, лейтенант Фред!
Пилот, поколебавшись, притянул здоровяка поближе и сказал:
– Хью, если случится так, что я погибну раньше тебя, постарайся глотнуть хоть каплю моей крови. А лучше побольше. Сделаешь?
Тот испуганно потряс головой:
– Слыхал я всякие байки, внешние – мастера их выдумывать. Типа мы едим мозги. Но чтоб ты…
– Хью, в моей крови концентрат с информацией об эксперименте.
– Так что ты молчал? Давай прямо сейчас! – предложил Хью.
Фред, глядя на катившую по дороге гоньбу, решил, что здоровяк прав.
Пустил себе кровь.
Хью без энтузиазма, но старательно сглотнул.
– Маленького глотка точно хватит? – спросил он, страдальчески морщась и облизывая губы.
– Должно хватить, – ответил Фред, прикидывая, что кровоток за это время должен был успеть разнести информацию во все клетки организма.
– Боб, иди и ты, позавтракай нашим пилотом! – распорядился Хью, прозорливо решив, что двойная подстраховка в их положении не помешает. – Ещё кого кликнуть? – участливо глянул он на Фреда.
– Хорошо бы, да некогда. Уж вы, вампиры Силью, сами устройте пирушку на моём свежем трупе, сделайте одолжение!
Они наблюдали, как оживились переговоры по рации между карабинерами и отрядом охотников, те не хотели терять время и выясняли рекогносцировку на ходу. Когда самоходка подняла пыль на последнем вираже дороги, карабинеры, как по команде, уселись в свои внедорожники и рванули прочь. Это не их игра, и пешки поспешили освободить доску для крупных фигур.
Криминального вида крепыши на эм-ро, бывалые охотники, съехали с дороги, принялись кружить по альтиплано, внимательно изучая высотку, которую облюбовал маленький отряд беглецов.
Описав пару кругов на безопасном расстоянии, оценив обстановку, головорезы решили выкурить свои жертвы и стали обстреливать их, вынуждая солдат Моря перегруппировываться вокруг каменной кульпы. Те и головы не могли поднять. Благо невысокие камни и остов искорёженного о-вэ служили хоть какой-то защитой.
Кассий Борджия поглядывал на небо.
Вскоре ему пришла мысль поднимать объектив камеры, делать снимки безмятежной утренней синевы, начавшей затягиваться облаками, и как можно чаще их просматривать.
«Кто-то сдохнет сегодня под таким вот счастливым небом!» – подумал он.
Высотка впервые плюнула огнём.
Короткая очередь из автомата лейтенанта Фреда подловила сразу два эм-ро: нарезая круги, те съехались слишком близко. Стрелок метил в технику, чтобы наверняка, понапрасну не тратя боевой запас, не пополненный перед этим, последним, вылетом, предполагавшим короткий и безопасный перелёт с базы и на флагманский корабль.
