Валевскому доводилось видеть всплытие о-тэ из Антарктики; он с затаённой гордостью любовался появлением подводных челноков из Новой России; но, пожалуй, на его памяти Новые Эмираты и Союз так и остались непревзойдёнными мастерами грандиозного шоу.
Перед транспортом Эмиратов море приобретает фосфоресцирующий зелёный цвет, затем в акватории начинают закручиваться по спирали золотые лучи длиною с морскую милю. Постепенно сияние меняет оттенки, скапливается в центре, подсвечивая вырастающий риф омега-пены, пены не тёмно-серой, как обычно, но безупречного белоснежного цвета. Пена бурлит: кажется, неведомая грозная стихия вышла из-под контроля и рождает облако посреди океана. Растекаясь кругами и твердея, пена образует правильные кольца на морской поверхности. Наконец, в середине, в обрамлении колец, внешние из которых до восьмисот футов в диаметре, образуется белоснежная воронка. Из её жерла неожиданно стремительно вылетают о-тэ, гигантские по сравнению с транспортом Надмирья, похожие на рыб, футуристически-жуткие в своей прозрачности. С механическим грозным щелчком и треском раскрываются в полёте их огромные яркие плавники, напоминающие стилизованный парус древней фелюги. О-тэ приводняются, разлетевшись во все стороны, оставаясь в пределах затвердевших кругов, и некоторое время сияют и пульсируют, каждый своим цветом, словно успокаиваясь. Юркие глиссеры, тоже с прозрачными закрытыми кабинами, уже спешат к транспортам со стороны базы, принимающей гостей. Они мчатся по водному пространству между кольцами, и теперь зрители наблюдают стремительные гонки на воде. Глиссеры забирают пассажиров, пристыковавшись к о-тэ прозрачными шлюзами. Грузы доставят чуть позже: после того как секторы колец, лежащих на воде, разрежут и начнут буксировать на базы, где их используют для арок лёгких конструкций, пешеходных мостиков и просто тротуарного покрытия. Материал на свету недолговечный, но из-за лёгкости и удобства находит себе применение.
В толпе зрителей-внешних немолодой мужчина задумчиво проговорил, обращаясь к своей спутнице:
– Боги и демоны-асуры возжелали добыть амриту – напиток бессмертия – и решили пахтать мировой океан. Мутовкой из космической горы Мандара, к которой был привязан гигантский змей Васуки, много веков сбивали боги и асуры океан, пока он не превратился в молоко и масло. Затем из него стали появляться одно за другим различные чудесные вещества и предметы. И наконец была сотворена амрита. Тут между богами и асурами вспыхнула ожесточённая битва за обладание чудесным напитком, в которой верх одержали боги.
– Что-то из древнеиндийского эпоса, судя по стилю? – отозвалась просвещённая дама.
– Отрывок из «Махабхараты». Я процитировал дословно. Этому тексту как минимум пять тысяч лет. Чтобы делать то, что создают инженеры Моря, нужны практически неограниченные ресурсы и выдающийся интеллект. Если гигантский змей Васуки – образное название, придуманное древними для обозначения силы и величины энергетического потока, то сегодня мы наблюдаем, как на наших глазах сбывается древнее писание.
Дама оторвала взгляд от водной поверхности, заполненной чужой скоростной техникой, движением и звуками. Взгляд её оставался мечтательным:
– Для настоящего провидца прошлое, настоящее и будущее едины и неразделимы. Он видит любое событие в зеркале времени.
– Да, – ответил мужчина, – не исключено, что древний автор уму непостижимым образом наблюдал всплытие транспортов Моря. И описал событие так, как позволил ему неразвитый, но очень образный язык. Не удивлюсь, если в Подводных Колониях уже близки к решению проблемы бессмертия.
…Риф Союз иначе готовит встречу своих посланцев.
