Где-то я слышала, что человек - не создатель. Следовательно, он не может создать то, чего в мире нет. Ему трудно даже вообразить то, чего он ни разу не видел. Это как в журнале, для которого я писала статью про зоофилов - нужно быть спецом в теме, и тогда редактор тебе поверит. Как-то наши миры, судя по всему, странно пересекались. Пока Рената собиралась с мыслями, я успела задать еще один вопрос. Так же как в случае с розовыми шеями, я спросила, когда у нее на родине появились те передачи.
- Не помню, - сказала она, - давно. Но фанаты прочухали фишку недавно. Появилась даже новая тюремная форма - темный.
Слава земному психоделику Толкиену, давшему толчок межгалактической фентази - подумала я и стала готова дослушивать про картинки.
- Нам не сообщали, что точно вашим впихивают в мозги. Но из достоверных источников я знаю, что лучше прочих кадров на вас почему-то действует бородатый мужик на облаке и голый на серфинге. Некоторым почему-то показывают мужика в горах. Наверное, хотят посмотреть, который их них эффективней.
- И что мы?
- И вы начинаете искать этих мужиков. Потом, после того, как из труб вас возвращают обратно на землю.
- Рената, - сказала я, отметив про себя, что нас все-таки, возвращают, - ты знаешь, почему мужики разные?
- Почему?
- Чтобы мы соревновались, чей лучше.
Кажется, я объяснила в ее духе. Рената задумалась.
- В этом есть смысл. Хотя, у нас все это называют лечением.
Если подумать, то, в общем-то трубы - не такой уж крутой метод борьбы с межпланетным востоком (то есть, злом). Цивилизованные миры, похоже, жалостливы. Я вспомнила передачу про военный госпиталь, где американцы латали иракскую девочку. Ее родителей шмальнули где-то в Багдаде свои же.
- У вас есть национальности? - спросила я.
- Чего?
- Ну, разный цвет кожи, японцы, русские…
Рената засмеялась и потрясла головой.
- Нет, все, чем мы различаемся, это количеством ног. Чем больше ног, тем больше пространства ты можешь освоить.
- У тебя - длинные… то есть, много?
- Да. У меня очень много, - немного неуверенно сказала она. Может быть, при втором переходе она забыла не только свой план?
Я решилась на немного нескромный вопрос.
- В чем смысл вашей жизни? - спросила я и покрылась румянцем. Вдруг она ответит: в том, чтобы в мире не осталось ни одного недоразвитого…
Рената, как ни обидно, не оценила моей попытки установить редкий эмоциональный контакт.
- Хорошо, - немного погодя сказала я, - предотвратить воровство землян - это все, что нам нужно сделать?
- Не дать процветать киднеппингу - это все равно, что лечить болезнь, а не ее причину, - изрекла Рената, - консультант нашего министра вместо труб придумает что-то еще.
- Да. Вам опять повысят налоги, и вы оплатите исследования по уродованию моих земляков… Предлагаешь замочить консультанта?
- Тогда министр наймет себе еще одного. Министры не могут без консультантов. По статусу не положено.
- Хочешь, чтобы мы ухлопали все ваше правительство? Ты же сказала, что вы бессмертны, кажется.
- Я сказала, что мы не стареем, - загадочно промурлыкала она, - и потом, что за выражения «ухлопать», «замочить»? Мы что - ролевая компьютерная игра?
Я забыла, что у нее нет плана.
- Кстати, - зато я вспомнила кое-что, - почему ты звонила мне на работу?
- Ах да! - вскричала Рената.
Я начинала понимать, почему совет в Филях проводили мужчины. Я подумала о том, что нам, возможно, надо завербовать в свою компанию художника. В крайнем случае, он нарисует нам по паре новых тел, вместо искореженных в пылу сражений. Я начала представлять, какой бы мне хотелось быть.
- Они замочили, - Рената произнесла слово по слогам, - нашего транслятора. «Амебу», которая освещала проведение эксперимента с картинками.
- Боже мой! Транслятор - это правительственная должность или свойство… души?
- Наемное лицо. Что-то похожее на ваше радио, но живое.
«Журналист», - подумала я и разволновалась из солидарности.
- Транслятор - по-вашему обозреватель - он садится к определенному часу суток, сосредотачивается и просто думает, а мы в итоге его думанья получаем последние новости.
- Телепатия?
- Одностороннее вещание идей. Кадры в трубах - не первая попытка внедриться в вашу цивилизацию и спасти мировое сообщество от зла. Эксперименты ведутся, если измерять вашим временем, уже больше двух тысяч лет. Периодически образуются анти-группы, или индивидуалисты (как я), которым все это не нравится. Мы пытаемся что-то сделать, чтобы защитить… недоразвитых, - она слегка запнулась.
- Я же говорю, Че Гевара.
Рената не слушала. Видимо, медиа-планер не глубоко заходил в нашу символику.
- Однако, каждый раз наши попытки проваливались, и вас продолжали уничтожать. А это нарушение принципа соглашения.
- Какого соглашения?
