– Ты игрок, – сказал Холден. – Ты играешь в жизнь, как в квест с элементами стратегии.
– Чем это плохо?
– Тем, что это неправда. Люди вокруг тебя – это не персонажи игры. Когда ты стреляешь в них, они умирают навсегда. И сохранение не работает.
– Ты еще прочитай мне лекцию о гуманизме и о том, что убивать плохо.
– Убивать – плохо, – подтвердил Холден. – Но иногда необходимо. Дело не в этом.
– А в чем?
– В том, как ты к этому относишься. Помню твое лицо в Белизе, когда я пострелял тех китайских агентов в джунглях. Ты был не готов к этому зрелищу, и у тебя был шок. А прошло всего несколько лет, и ты сам запросто убиваешь людей. Убиваешь легко. Сколько ты положил на Тайгере-5? Почти два десятка? И какие у тебя ощущения по этому поводу?
– Я сделал то, что нужно было сделать.
– Ты снова не о том. Я не говорю, что ты должен был отказать Визерсу и бросить капитана Штирнер в беде. Но те люди, которых ты поубивал на Тайгере-5, не были твоими личными врагами. Они даже плохими людьми не были по сути-то. Они выполняли приказ Корбена точно так же, как ты выполнял задание Визерса. Ты хоть какие-то эмоции почувствовал, когда их убивал?
– Удовлетворение от хорошо проделанной работы считается? – спросил я. – Я не понимаю, чего ты добиваешься, Холден. Хочешь вогнать меня в депрессию? Хочешь, чтобы я от угрызений совести пустил себе пулю в висок?
– Я хочу, чтобы ты поверил в реальность происходящего.
– А я верю.
– Почему-то мне кажется, что это не так, – не согласился он. – Возьмем даже случай с нашим полетом сюда. Ты знал, что это опасно, знал, что СБА будет охотиться за нами, знал, что Веннту находится в списке первоочередных целей для Империи, но все равно настоял на том, чтобы мы отправились сюда. Почему? Тебе настолько небезразлична эта девушка? Или ты просто стремился закончить квест?
– Ты пытаешься намекнуть, что я игнорирую опасности, потому что… Кстати, почему я это делаю?
– Может быть, потому, что до сих пор тебе удавалось выкручиваться и из более серьезных передряг? – предположил Холден. – Или потому, что игроку в компьютерной игре ничего угрожать не может. Персонажу, за которого он играет, может, а игроку – нет.
– А ты, как я погляжу, считаешь себя тонким психологом.
– Просто у тебя все на лице написано, Алекс. Где твой инстинкт самосохранения? Остался в двадцать первом веке? Ты никогда не задумывался, что в ситуации, предоставляющей тебе на выбор несколько вариантов развития событий, ты всегда выбираешь самый опасный?
– Это ты о Веннту?
– И о том, что ты принял предложение Визерса. И о том, что ввязался в сомнительную авантюру, предложенную Асадом ад-Дином.
– Может быть, я считал, что выбора у меня нет?
Холден пожал плечами:
– Ты, конечно, молод и неопытен, но не до такой же степени.
– Имеешь мне еще что-нибудь сказать? – холодно осведомился я.
– Конечно, – сказал он. – А это твое предчувствие опасности, которое ты воспринимаешь как данность? Ты задумывался, откуда оно? Или просто пользуешься им напропалую?
– Ты пытаешься вызвать у меня приступ рефлексии и самокопания?
– Просто подумай об этом.
– Лишний повод пройти полное обследование, которое предлагает доктор Уоллес.
– Да делай ты все, что хочешь! – раздраженно буркнул Холден. – Лишь бы это не помешало нам убраться с планеты, когда выполнение квеста по спасению капитана Штирнер будет завершено. И если твой дружок Реннер не прикатит в гости…
Боевая эскадра адмирала Реннера вошла в локальное пространство планеты Веннту за три дня до окончания реабилитационного срока капитана Штирнер.
В глубине души я почему-то был уверен, что так оно и произойдет. Если в первом акте на стене висит ружье, оно не может не выстрелить, если имперский флот объявился поблизости, он не может не атаковать.
И еще я был уверен, что мы не успеем убраться с планеты до того, как имперский флот атакует.
Это было логично. Это вписывалось в ту иррациональную картину мира, которую я успел нарисовать. Затишье после Тайгера-5 было слишком долгим, чтобы мы могли убраться с Веннту совсем без приключений. Как там говорил Кридон? Если ты не идешь за событиями, они сами приходят к тебе.
Я ничуть не удивился, когда в нашей комнате заработало местное радио и спокойный, даже отчасти скучающий голос мистера Вэлла сообщил, что имперские корабли вошли в систему Веннту и направляются к планете и что президент объявил военное положение.
