Пока я купалась в обрывках воспоминаний, Лука так и застыл над моим запястьем, поглаживая пальцами изображение летящей птички. Я не знала, что сказать ему сейчас. Но твердо решила, что не стоит ворошить прошлое. По крайней мере, сегодня.
Возможно, Демоненко и понял, что я в это мгновение притворяюсь, но я была благодарна ему за молчание. Он не стал будить меня, или разоблачать мое вранье. Просто подхватил на руки и уложил на постель.
Один удар сердца отделял меня от громкого возмущения и требований оставить меня в покое. И когда я уже собиралась открыть рот, как Лука вышел из спальни, оставив меня одну.
Господи, ну что за детский сад! Он что, собрался спать в машине? Дурдом какой-то!
Но я промолчала, не решаясь позвать мужчину обратно и ненавидя себя за противоречивое поведение и чувства. А ведь еще пару месяцев назад я всерьез полагала, что Демон для меня остался в далеком прошлом, перевернутой страницей моей юности.
Почти до самого рассвета я не спала, ворочаясь в просторной, но одинокой постели. А потом все же уснула.
Наутро после сытного завтрака Егорыч и Анна Федоровна отправили нас обратно в город. По дороге я молчала. С одной стороны, я была счастлива, что встретила близких людей и Вольку. С другой – ненужные эмоции разбередили старые раны и воспоминания, заставив меня взглянуть на прошлое с иного ракурса.
После долгого разговора по душам с Анной Федоровной, ко мне вдруг пришло осознание: мое поведение по отношению к Демону вызывало слишком много вопросов. Мои обиды не прошли. И я собственноручно их лелеяла, интуитивно не соглашаясь оставлять прошлое в прошлом.
Украдкой бросив взгляд на водителя, сосредоточенно следившего за дорогой, я приняла решение, от которого, вполне возможно, мне станет еще больнее.
Но именно сейчас пришло время забыть и жить дальше. И надеяться, что наступит утро, когда я вспомню Демона с улыбкой, не испытывая при этом сердечных мук.
Да, определенно, уже завтра я перестану пакостить соседу по бизнесу. Но это завтра, а вот сегодня….
Муза всю дорогу была непривычно тиха и спокойна. И от этого я испытывал почти физический дискомфорт. Создавалось впечатление, что совсем скоро грянет гром и полетят молнии в мою дурную голову. Но ничего не происходило, даже когда я, припарковав машину, подсуетился и распахнул перед девчонкой дверь, помогая спуститься на землю.
Малышка лишь коротко кивнула и скрылась в «Изюминке», даже не оглянувшись и не бросив парочку цветастых проклятий в мою сторону.
Переставил машину ближе к своему ресторану. На всякий случай постоял рядом с тачкой. Мало ли, опять прилетит горсть пшена на лаковую крышу джипа. Но дверь в кулинарию так и не открылась.
– Посмотрим, что за херня происходит, – пробормотал я и пошел к Кузьмичу.
Очень уж я проголодался по дороге домой.
В назначенный час на кухне появился курьер «Изюминки». Я, предвкушая нежно обожаемый мною лимонный пирог, нетерпеливо потер ладони, дожидаясь, пока Кузьмич рассчитается с парнем.
Курьер ушел, Кузьмич демонстративно поставил передо мной перевязанную лентой коробку и удалился, оставляя меня наедине со вкусностями, приготовленными Музой лично. Ведь только ее пирог сводил меня с ума.
Проглотив половину, довольно ухмыляясь, развалился в кресле. И как ей только удается такая вкуснотень?
Но тут взгляд привлекло дно картонной коробки. Присмотревшись, понял, что под пирогом что-то спрятано. Отодвинув вилкой остатки десерта, нахмурился.
– Приятного аппетита, Чиполлино! – прочел я.
Рядом была нарисована кривая рожица, что-то вроде круглых таблеток и странная конструкция, смутно напоминавшая… унитаз!
– Поганка! – простонал я, торопливо набирая номер телефона кулинарии.
На звонок ответили сразу же. Спокойный, приятный голос поинтересовался, чего желает абонент. А я готов был придушить вредную девчонку.
– Что ты в него подсыпала?! – прорычал я.
– Секретный ингредиент, Демон! – тихо рассмеялась Муза. – Виктор забыл тебе передать кое-что еще. Так сказать, бонус постоянному клиенту.
После слов девчонки в дверь моего кабинета коротко постучались, а на пороге появился парень, работающий курьером у Малышко.
Виктор невозмутимо поправил кепку, шагнул через порог и поставил на стол упаковку рулонов белоснежной туалетной бумаги нежно-желтого цвета.
– Лимонная, как ты любишь! – хохотала Муза, а я зыркнул на пацана.
Тот торопливо скрылся с моих глаз. А я прикидывал, действительно ли Муза добавила слабительное в свой пирог. Нет, блефует, скорее всего.
Но живот странно заурчал, а я подпрыгнул на месте.
– Бойся мести, Мурзик! – пригрозил я.
– Я тебя не боюсь, Чиполлино! – фыркнула девчонка и сбросила вызов.
– Ну, держись! – послал Музе мысленный привет и рванул к двери, ведущей в уборную.
Все мои мысли занимала Муза. Сам Черт послал мне это наказание за все грехи! Не иначе!
Обычно мужики думают о бабах, вспоминая стройные ноги пышную грудь и упругую попу, а я ломаю мозг о том, как бы напакостить девчонке, засевшей в мою печень, почки и прочие органы. Все, без исключения.
