— Ты вообще нормальный? — хмыкнула я, глядя на широкие плечи, затянутые мягкой тканью футболки. — Просыпайся! Враг близко!
— Враг подождет, милая, — ласково пробормотал мужчина. — У меня женщина нашлась. Имею право передохнуть после перенесенного стресса.
— Познакомишь с женщиной? — спросила я, понимая, что вопреки здравому смыслу и прошлым обидам на этого мужчину, не могу найти в себе силы, чтобы прогнать его. Или хотя бы на то, чтобы оттолкнуть от себя на метр.
— Самому мало, — категорично заявил Демон.
Я не стала возражать, когда его руки скользнули по моим коленям и выше, к бедрам, оплели талию. А лицо уже прижималось к моему животу.
Горячее дыхание проникало под плотную ткань одежды, заставляло меня невольно ежиться и подрагивать от ощущений, которые вызывали эти прикосновения.
— Не хочу тебя никуда отпускать. Хочу всегда знать, где ты и с кем. Хочу, чтобы всегда была рядом, — услышала я хриплый голос Демона.
Кажется, я готова была расплакаться. Но злобная и услужливая память подкинула мне другие слова, сказанные вот таким же хриплым голосом. Однако те фразы были совершенно противоположными по значению.
— А что будет, когда ты передумаешь? Когда я буду мешать твоему бизнесу, твоим делам, твоему досугу? Просто скажешь: «Прости, но с одной женщиной мне скучно. Всегда будут другие!»? — говорила я.
Понимала, что в моих словах звучит обида, но я ничего не могла с этим поделать.
— Я докажу, что все иначе. Было, есть и будет иначе, — упрямо возразил Демон, разговаривая, очевидно, с моим животом, а не со мной лично.
— Я сомневаюсь, Лука, очень сильно сомневаюсь, — прошептала я.
Мои руки так и не коснулись его головы, пусть мне и до смерти хотелось зарыться пальцами в его волосы.
Я не хотела говорить, что приняла решение побеседовать с отцом. Город меня душил. Пусть я и взяла на себя обязательства помочь с «Изюминкой». Я поняла, что не смогу.
Никому ненужная война в первые дни после моего возвращения приносила облегчение. Словно мелкие пакости в адрес Луки позволяли мне стойко переносить щемящую боль от воспоминаний. А сейчас я вдруг поняла, что устала. «Три туза» душили меня, как и их хозяин.
Особенно сейчас, когда Демон вдруг решил, что я вновь «его» Муза.
И теперь я хотела уехать. Куда угодно, пусть это будет Европа, или забытая Богом провинция. Главное – подальше от города, от Луки, от тех чувств, что он будит во мне.
— Я хочу уехать, Лука, — вдруг прошептала я, а мужчина застыл, перестав гладить своими горячими ладонями мое дрожащее от эмоций тело.
— Я на машине, — осторожно произнес мужчина. Но я поняла – он догадался, что речь идет не о возвращении в город.
— Ты ведь все понял, — прошептала я. — Я хочу уехать насовсем. Не могу так больше. У меня нет сил. Я не могу тебя простить, но и забыть не могу.
Лука поднял голову. Наши лбы почти соприкасались. Но я смотрела в его глаза, понимая, что нужно собрать всю волю в кулак и, наконец, изменить что-то в своей жизни и перестать вести себя по-детски. Настало время войти во взрослую жизнь. Получить печальный опыт, поблагодарить за него Судьбу и идти дальше.
— У меня нет шанса? — тихо спросил Лука, когда мое молчание затянулось.
— Я слишком сильно тебя любила, — еще тише прошептала я, понимая, что слезы уже не остановить.
Я не стала говорить дальше, Лука не дурак, все понял.
Слишком сильно любила.
Слишком сильно обидел.
Слишком сильно ненавидела.
Всего было слишком, через край. И я не видела пути, который бы вел к этому мужчине. Скорее, наоборот, Судьба уводит меня в обратную сторону. Наши пути разошлись.
— Я не изменял тебе, даже в мыслях, — хрипло проговорил Демон, крепче сжимая меня в своих руках.
Теперь он стоял на коленях передо мной. А я вдруг подумала: сейчас уже неважно, что он скажет, чем оправдается. Говорить, вставать на колени нужно было тогда, полгода назад, когда я нашла его в компании девицы. Я отлично помнила, как стучала в закрытую дверь, как помощница Луки провернула ключ в замке и замерла в дверном проеме.
Все было понятно, как дважды два. Девушка в одном белье. Мужчина в распахнутой рубашке со следами яркой помады на белоснежном вороте. А черту подвел звук застегивающейся ширинки, который на тот момент оглушил меня.
— Уже неважно, — прошептала я, вытирая слезы. — Ты. Она. Разбросанные по полу бумаги. Как-то не тянет на «не измену».
— Дай мне сутки, милая! — хрипло попросил он. — Я все тебе расскажу, покажу, а если не поверишь – сам провожу до трапа самолета.
— Сколько времени дал мне ты, Лука? — невесело усмехнулась я. — Я просила поговорить со мной! Просила пояснить, что там происходит! Я готова была поверить во что угодно! Готова была закрыть глаза даже на групповуху, пусть бы из шкафа в твоем кабинете выполз Эдик! Но ты одним махом все перечеркнул!
— У меня были причины, — возразил Демон. — Куча проблем, которые тебе сто лет не нужны!
А я тихо, нервно рассмеялась.
