— Только завтра, приедет конвой, я позвонил своим, но им ехать от Москвы.
— Ладно, я тебя услышал, разворачиваюсь.
Афанасий бегом вернулся к машине, упал на водительское сиденье, ловя в зеркале заднего вида вопросительный взгляд Дуни.
— Извини, не дошёл, позвонили. Возвращаемся.
— Что случилось?
— Пока ничего не случилось, но может случиться в любой момент. Степан заметил подозрительные машины, которых не должно было быть в Судиславле.
— Какие машины?
— «Порше Аллигатор», я его ещё у кладбища видел. А теперь он почему-то колесит по нашей улице. Там ни у кого такого аппарата нет. Короче, пристегнись, поеду быстро.
«Ниссан» развернулся, выехал на шоссе и, лавируя между автомобилями, помчался к Судиславлю.
Афанасий включил гарнитуру, сказал вслух:
— Двоечка!
Дохлый отозвался на удивление быстро:
— Я, командир. Звал?
Афанасий усмехнулся про себя: этим ответом сержант Сеня Марин как бы давал понять, что готов выполнить любой приказ командира группы.
— Зову. Я на Галичском шоссе, еду в Судиславль. Дедов телохран сыграл «три нуля».
— Детали?
— Не знаю. Подъеду — позвоню. Доложи Семёнову ситуацию и на всякий случай свяжись с нашими.
— Есть.
— Да, мы тут видели гроб с музыкой — «Порше Аллигатор», а в наших краях он лишний. Соображаешь?
— Голову включил. Может, собрать всю нашу группу?
Афанасий поморщился, ёрзая на сиденье, представляя, как его бывшие бойцы, никогда не отказывающие в помощи, снова напрягаются… но тут же пришла мысль, что жизнь деда важнее любых расчётов и эмоций.
— Просто предложи участие, хотя… думаю, Семёнов даст «алярм» и тебе ничего не придётся делать.
— Лады.
«Ниссан» увеличил скорость почти до двухсот километров в час, это, в общем-то, была его максимальная скорость, и Афанасий мимолётно пожалел, что у него не олеговский спортивный «Туарег».
Дуню мотнуло на заднем сиденье при обгоне, но она, пристегнувшись, жаловаться не стала. Афанасий в сотый раз подумал, насколько ему повезло в жизни с женой. Правда, это везение теперь надо было отрабатывать, но он был согласен на всё.
И ещё одна мысль бередила душу: что он напрасно не взял с собой маузер-неймс, тогда и расклад сил при любой неблагоприятной ситуации был бы другим. Однако кто же знал, что в родном городе случится такая беда? За безопасность деда должны были беспокоиться другие люди, и он снял с себя эту обязанность.
Позвонил Степану.
— Подъехали ещё две машины, — доложил телохранитель. — «Лендкрузер» и «Форд», стали на другой стороне улицы, в сотне метров слева и справа от дома. И самое плохое…
— Что? — напрягся Афанасий.
— Мне показалось, что я слышу жужжание бритвы над улицей.
— Не понял?!
— Возможно, за нами следит беспилотник.
Афанасий стиснул зубы, чтобы не выругаться. Деду нельзя было покидать территорию военной лаборатории, а ему, полковнику спецназа, нельзя было оставлять деда на попечение одного охранника. Кто-то знал о поездке Геннадия Терентьевича в Судиславль и дал приказ провернуть операцию захвата важного человека.
— Уйти не сможете?
— Поздно, огород, выходящий на соседнюю улицу, просматривается, можем напороться на засаду.
— Согласен, ждите, забаррикадируйтесь в сарае, там у деда погреб. Я близко, буду максимум через полчаса.
— Хорошо. — Связь прекратилась.
— Фаня, без оружия ты один ничего не сделаешь, — тихо проговорила Дуня.
Он оглянулся, демонстрируя бесшабашную улыбку.
— Во-первых, у меня есть балисонг. Во-вторых, Степан опытный опер, мы с ним много чего можем сделать. Да ещё мужиков местных соберём, там почти у каждого охотничье ружьё имеется.
Показались пригороды Судиславля, впрочем, мало чем отличавшиеся от городских кварталов.
Афанасий, почти не снижая скорости, свернул на объездную дорогу, ведущую к южной части города, и перед ним возник отчаянно засвистевший инспектор ДПС, махая светящимся жезлом.
Мысль была — нет времени, фиг с ними, не догонят!
Но Дуня попросила:
— Остановись. — И это подействовало.
Подбежал могучего телосложения сержант-полицейский в отсвечивающем зелёными вставками костюме. Козырять и представляться не стал, сунул радар:
— Сто пятьдесят, превышение на семьдесят, это лишение прав на…
— Щас, — резко распахнул дверцу Афанасий, заставляя инспектора отскочить. — Я спешу, дело государственной важности!
— Идите к старшему.
Афанасий сделал успокаивающий жест Дуне, бегом направился к машине ДПС — роскошному «Инфинити» с новейшей системой освещения. Открыл дверцу, протянул сидевшему там капитану «липдок» полковника ФСБ.
— Капитан, дело государственной важности, решается вопрос жизни и смерти важного свидетеля.
— Садитесь, — равнодушно прогундосил капитан, бросив на удостоверение безразличный взгляд; у него было жирное складчатое лицо и мешки под глазами.
— Капитан, ты глухой? Я полковник Пахомов…
— Садитесь.
Афанасий, долго не раздумывая, сделал стремительный выпад костяшками пальцев в толстую шею капитана, откинул сунувшееся вперёд тело на спинку сиденья, закрыл дверцу и поспешил к «Нисану». Проходя мимо сержанта, задержался на секунду.
— Не дай тебе бог, сержант, встретить меня ещё раз!
Сел в машину, дал газ.
