— А это идея! — согласился Джекспурт. — И мне кажется, что я как раз знаю, в каком направлении его пустить. — Он дал указания большому голубому спизму, который поспешно убежал.
Дьякон забился в угол, с вытаращенными глазами, руками чертя в воздухе священные символы, видимо, призванные отгонять нечисть. В комнату набились еще спизмы — высокие голубые, крошечные и шустрые зеленые, медлительные пурпурные — и все они уставились своими глазами на стебельках на священника.
— На боможжь! — слабым голосом крикнул он. — Бризлужники ада напали на меня!
Мэгнан выдвинул стул из — под стола.
— Присядьте, Ваша Прожорливость, — успокаивающе сказал он. — Давайте просто посмотрим, не сможем ли мы выработать modus vivendi, который устроил бы все стороны.
— Идти на зговор з врагом? Это будет ознаджать конец дзеркви!
— Напротив, Ваша Прожорливость, если вам когда — либо удастся уничтожить оппозицию, вы потеряете работу. Проблема состоит просто в том, чтобы обустроить вещи цивилизованным манером, чтобы были защищены интересы всех и каждого.
— Моджет быть, в этом джто-то и езть, — Ум — Муми — Хуби уселся с кислым видом. — Но неджезтивая деятельнозть этих служиделен зла должна бодвергатьзя жеетоджайшему контролю — епизкобальному контролю, имеетзя в виду.
— Послушайте, мои парни должны зарабатывать себе на жизнь, — начал Джекспурт.
— Бродажа бриворотного зелья годитзя, — ответил дьякон. — Дзерковь моджет снисходительно смотреть на зкромную торговлю возбуждающими, дурманом и выигрыжными номерами на зкаджках. Но торговать вразнос антисанитарными сладостями для подростков — нет! То же замое казаетзя воровзтва без литцензии и бродажи алкогольных набитков, за исклюджением небольших колиджезтв должным образом зозтаренного бродукта для уботребления духовензтвом, в медицинзких целях, разумеетзя.
— Ладно, на это, я думаю, мы согласимся, — сказал Джекспурт. — Но вам, священникам, с этого момента придется отказаться от вашей пропаганды. Нам бы хотелось, чтобы в церковном искусстве спизмам доставались более достойные роли.
— О, мне кажется, что вы могли бы изображать что-нибудь типа привлекательных маленьких спизмов с крылышками и с нимбами, — предложил Мэгнан. — Я думаю, вы обязаны это сделать для них, Ваша Прожорливость, после всей этой дискриминации в прошлом.
— Демоны з крылышками? — простонал Ум — Муми — Хуби. — Это пойдет вразрез с нашей символикой — но, болагаю, это моджно узтроить.
— И вам придется дать нам гарантии в том, что все, что находится под землей на глубине от двух футов и ниже, принадлежит нам, — добавил Джекспурт. — Поверхность мы оставим вам, включив сюда и атмосферу, если вы оставите некоторые послабления насчет того, чтобы мы могли время от времени выходить погулять и подышать воздухом.
— Это вболне добузтимо, — согласился Дьякон. — Бодлежит оконджательному утверждению Его Вызокомерием, разумеетзя.
— Кстати, — небрежно поинтересовался Джекспурт, — кто будет следующим на очереди на пост Епископа, если с Ай — Поппи — Гуги что-нибудь случится?
— Болучаетзя, джто я, — сказал Ум — Муми — Хуби. — А джто?
— Просто спрашиваю, — ответил Джекспурт.
Громкий прерывистый гул донесся с широкого пола внизу.
— Что это такое? — завопил Мэгнан.
— Насосы, — объяснил Дьякон. — Жаль, джто так много спизмов богибнет, но такова воля Ук — Руппа — Тути.
— Сдается мне, что в последнюю минуту Ук — Руппа — Тути изменил свою волю, — сухо заметил Джекспурт, — Мы переключили трубы, так что дым идет в городскую систему канализации. Думаю, к этому времени черный дым валит из каждого сортира в городе.
— Двурушничезтво, надувательзтво! — Дьякон вскочил, размахивая руками. — Договор отменяетзя…
— Ай — яй — яй, вы же обещали, Ваша Прожорливость, — стал уговаривать его Мэгнан. — И, кроме того, мистер Ретиф все еще держит пистолет.
— А теперь, если вы просто возьмете микрофон, Ваша Прожорливость, — сказал Ретиф, — то, я думаю, мы сможем без дальнейших задержек открыть эру добрых отношений. Просто спокойно выдерживайте свою роль, и весь почет достанется вам.
— Как жаль, что бедняга Ай — Поппи — Гуги упал с зиккурата, когда изо рта Ук — Руппа — Тути повалил дым, — заметил посол Страпхэнгер, сгружая себе на тарелку очередную изрядную порцию хуганского второго блюда. — Все же следует признать, что это подходящий конец для духовного лица его масштаба — пронестись по желобу и исчезнуть в клубах дыма, как это произошло с ним.
— Да, бумаги на канонизадзию уже готовятзя. — Его ново — водворенное Высокомерие, Епископ Ум — Муми — Хупи бросил нервный взгляд на сидевшего рядом с ним спизма. — Он будет звятым — покровителем восстановленных в правах демонов, чертей и гоблинов.
— Жаль, что вы пропустили все эти интереснейшие события, Мэгнан, — жуя, заметил Страпхэнгер, — И вы тоже, Ретиф. Пока вы пребывали в отсутствии, идеология хуганцев претерпела истинное перерождение — не без моей помощи, скромно могу предположить, вкупе с моими миротворческими усилиями.
— Х — хе! — пробормотал про себя Епископ.
