— Хотя бы вы, — прямо сказал Ретиф. — Поскольку я обнаружил образцы в вашем багаже.
— Вы обыскали мой багаж? — Усеянные драгоценными камнями наглазники Хиша едва не отвалились.
— Конечно; вы небрежно оставили его на борту вертушки, на которой нанесли визит в мой лагерь как раз перед тем, как я вынужден был взорвать офицерскую столовую войонов.
— Я требую дипломатической неприкосновенности! — промычал Хиш. — Требую права посоветоваться с адвокатом.
— Не паникуйте. Я пока что ни с кем не поделился этими открытиями/сочтя, что вам захочется уладить дела более спокойным образом.
— Но, дражайший Ретиф, разумеется, я готов оказать любые мелкие услуги…
— Вот вы где! — произнес громкий земной голос за спиной Ретифа. — Кажется, я заключил вас в ваши апартаменты, сэр!
Ретиф повернулся. Перед ним высилась внушительная фигура полковника Андернакла, широкие, глиняной расцветки лацканы его фрачной униформы нависали над впалой грудью, а эполеты прогибались под весом золотого шитья.
— Вы немедленно покинете это судно и… и… — Его подбородок утонул в подушке жира, обнаруживая недорогие, военного образца вставные челюсти. Полковник выпучил глаза на бронзово — черный мундир Ретифа с эмблемой, вышитой золотом на вороте, свирепого дракона, положенной боевому командору, коротким плащом из темного бархата на серебряной подкладке, рядах медалей, орденов и осыпанных драгоценными камнями «звездных фейерверков».
— Неужто вы, — вяло забормотал он, — смеете маскировать себя под офицера?..
— Полагаю, резервисты обязаны носить на военном балу положенную по уставу форму, — сказал Ретиф.
— Боевой командор? В генеральском чине? Невозможно! Вы же штатский! Самозванец! Дешевка!
— О нет, он вполне настоящий, — произнес за полковником мягкий женский голос. Андернакл резко развернулся. Ему улыбалась поразительно красивая девушка в серебристом платье и короне из драгоценностей.
— А откуда вам это известно? — выпалил он.
— Поскольку он служит в этом чине в вооруженных силах моей планеты.
— Вашей планеты? — он, мигая, уставился на нее. — Не вы ли та персона, которая игнорировала мой приказ не приземляться?
— Дражайший полковник, — вмешался генерал Хиш, кладя слабую гроакскую конечность на руку Андернакла. — Неужели вы не знаете? Эта юная леди — ее высочество принцесса Фианна Глориан Деликоза Гермиона Арианна де Ретиф из дома Лилии.
— Н — но мои приказы…
— А я отменила их, полковник. Я знала, что вы поймете, — принцесса лучезарно улыбнулась.
— А теперь, полковник, вам не мешает поболтать немного с генералом Хишем, — вставил Ретиф. — Он хочет рассказать вам о своих планах хирургической и протезной миссии в помощь восстановлению раненых куопян. На прошлое и на будущее, — командор посмотрел на гроака. — Я прав, генерал?
— Так точно, любезный боевой командор, — прошептал Хиш. — И о прочих вопросах, которые мы обсуждали?
— Я уже забыл их суть.
— А… Да ведь и я тоже. — Хиш удалился, шепча на ходу полковнику. Ретиф повернулся к Фифи и склонил голову.
— Могу ли я просить о чести…
— Еще бы, — отвечала Она, беря его за руку и поворачиваясь к танцплощадке. — После того как я проделала такой путь, я как минимум заслуживаю капельки внимания…
— Монстры? — переспросил Маньян, первый секретарь делегации с Земли, прибывшей на Лумбагу для участия во всепланетной Мирной Конференции. — Где?
Он окинул изучающим взглядом пестрящий яркими нарядными одеждами базар.
Вот мимо него проталкивается абориген, насвистывающий под нос, начинающийся в середине лба, какую-то мелодийку. У него целых девять ног и красивая, отливающая апельсином кожа.
А вот и его трехногий, покрытый пурпурными и розовыми пятнами «земляк», торгующийся с держателем продуктовой лавки, приметным своей красно — зеленой полосатой кожей.
Глаза выхватывают из толпы бугристую голову, украшенную причудливыми, но непропорциональными ветвями рогов.
— Я не вижу здесь никаких монстров, — уже совершенно спокойно продолжил Маньян. — Обычные лумбаганцы. Боюсь, вы наслушались сплетен, мой дорогой полковник.
— Сейчас я говорю вовсе не об этих полосатых и рогатых ребятах, — проворчал военный атташе. — Я анализирую непрекращающийся поток сообщений, которые вы называете сплетнями, о плотоядных колдунах и мертвецах, об ужасных уродцах, которыми кишат местные болота.
— Чушь, — рассеянно заметил Маньян, залюбовавшись вдруг красочной сценой: как торговец раскладывает перед публикой свой товар — целый сундук париков, портативные диапроекторы с мелькающими на куске белой ткани картинками, протезы конечностей (для обычного и парадного ношения, а также для занятий спортом), местные побрякушки и темные оплетенные бутылки со светящимися шариками внутри для состоятельных покупателей. — Я признаю, что каких-то шесть лет назад местные жители немногим отличались от дикарей эпохи неолита, но теперь — хвала Дипломатическому корпусу Земли и его политике просвещения — они неплохо смотрятся даже для периода средневековья.
