– Иван Макарович, а если я вас попрошу принять непосредственное участие в строительстве не только этого корабля, но и авиазавода, аэродромов? Особые права получите, в том числе сможете казнить или миловать тех, кто препятствует. Средства из казны выделю, они пойдут по одной из статей, никому, кроме меня, не подотчетных. Пожалуйста, соглашайтесь.
– А как же Сибирь? – обескураженно спросил я, не ожидавший такого предложения.
– Поезда ходят быстро, есть телефонная связь, – пожала императрица плечами, – никто на вашу Сибирь не покушается. Да и невозможно это сделать после того, что я тут увидела. Поставь я нового наместника Урала – и, боюсь, народ его вздернет на ближайшем столбе, а потом ультиматум выдвинет, чтобы вас вернуть.
Предложение Ольги Николаевны требовалось обдумать и взвесить. Это на первый взгляд может показаться, что все легко и просто, когда даны высочайшие полномочия и есть деньги. Увы, этого мало, нужна поддержка чиновников и простых работяг, военных и полиции. Если в Екатеринбурге, да и в большинстве городов Сибири я могу рассчитывать как минимум на лояльное отношение окружающих, то в том же Санкт-Петербурге столкнусь с непониманием и сложностями. Пару дней раздумывал над сложившейся ситуацией, отчетливо понимая, что время упускаю. Тем не менее хотелось узнать, не наладится ли работа в доках без моего присутствия. Надежды не оправдались, господам Терешкину и Бубнову не удалось исправить ситуацию, даже после того, как погасили имперские долги из выделенных мной денег. Максимум, на что согласился владелец доков, так это приостановить продажу закупленных материалов и отправку в воинские части поставленного вооружения. По словам господина Бубнова, владелец заявил: ему необходимы гарантии, что в случае неудачи он не пойдет по миру нищенствовать.
– Иван Макарович, так что ты решил-то? – спросил меня Анзор. – Едем в Питер-град?
Я сделал маленький глоток кофе и посмотрел на сцену, где полуодетая певичка что-то томно поет и одновременно пытается посетителям глазки строить. Н-да, недовольство Марты, которая при каждом движении этой, так сказать, артистки морщится, очевидно. А вот сидящий рядом с владелицей ресторана Ларионов ничего не замечает и продолжает что-то на ушко своей женщине нашептывать. Гм, ротмистр по краю ходит, Марта начинает злиться на певичку, и Вениамину Николаевичу может перепасть ни за что.
– Нет окончательного решения, – поморщился я, ответив своему другу. – С тобой вот решил переговорить, – потер переносицу, вздохнул и приступил к непростой части разговора: – Анзор, ты же понимаешь, кого-то необходимо оставить в Екатеринбурге, если решусь на поездку. Людей, которым могу полностью доверять, не так-то и много.
– Гм, Иван, ты это к чему ведешь? – забеспокоился Анзор. – Учти, тебя никто заменить не в состоянии.
– Незаменимых нет, – усмехнулся я. – Или ты считаешь, что из-за одного человека все может рухнуть? Тогда грош ему цена, что выстроил такое управление. Да и не прошу полностью меня заменить, достаточно приглядывать за происходящим и вовремя сообщать мне, чтобы смог отреагировать. Не стану скрывать, рассматривал несколько кандидатур, собираясь просить тебя отправиться со мной. Увы, перед теми господами уже стоят определенные и немалые задачи. Да ты и сам посуди, например, может ли господин Велеев остаться вместо меня?
– Банкир? – переспросил Анзор и сразу же ответил: – Он по бумажкам и финансам, а это одна десятая часть всего. Не представляю, как он сможет на том же заводе порядки проверять.
– Генерал Гастев? Градоначальник? Господин Картко? – перечислил я.
– Не-а, – покачал головой мой контрразведчик, – каждый из перечисленных господ легко справится с возложенными на него обязанностями, но только в своей сфере.
Анзор, в начале этого разговора выглядевший напряженно, вдруг развеселился и расслабился. Согласен или нашел как отмазаться? Зная своего друга, не сомневаюсь… в последнем. Значит, есть человек, о котором я еще не подумал. Кто же он, черт его побери?! Задумался, но на ум никто не пришел.
– Ладно, – махнул я рукой, – чего ходить вокруг да около! Давай говори, кто сможет тут рулить и имеет авторитет!
– Атаман Ожаровский или граф Кутайсов? – задал вопрос мой друг.
– Не подходят, – отрицательно покачал я головой. – Владимир Федорович – хозяйственник весьма условно, а Павел Ипполитович не желает играть в политика.
Певичка со сцены пошла между столиками, то и дело будто случайно вскользь касаясь бедром кого-нибудь из посетителей мужского пола; в ее голосе звучат страсть и обещание жаркой ночи. Мы с Анзором невольно замолчали и стали за дамой наблюдать.
– Марта не выдержит, – пробубнил мой друг, – минуты не пройдет, как она взашей выгонит эту девку, да еще управляющему влетит, что такую вертихвостку пригласил.
– Биться об заклад не стану, – хмыкнул я. – Впрочем, певичка выбрала не то время и место для своей песни. В конкурирующих заведениях она бы имела успех. Кстати, что ты про ту дамочку разузнал?
– Ты про госпожу Беляеву? – уточнил Анзор.
