— Не при сеньорите обсуждать столь безнравственные места, — попытался он сгладить неловкость. — Да ладно, бросьте, все знают, что такое «Фламинго». Сеньор Лозано, разве ваша дочь не знает? Это бордель! Хотя да, она не знает, наверное, что такое бордель, — Данте расхохотался. — Да ладно вам, сеньор Лозано, можно подумать, вы туда ни разу не ходили. Все мужчины там бывали. Хотя нет, вру, не все. Вот мой брат Клементе ни разу не был. Он святой! Всё время меня отговаривает: не ходи туда, да не ходи, это неприлично. Представьте, он хочет жениться девственником, — Данте снова расхохотался, запрокидывая голову назад и раскачиваясь на стуле. Клементе закашлялся, подавившись бобом. Данте хлопнул его по спине. Каролина, удалилась в кухню, нарочно громко звякая посудой. — Расскажите немного о себе, — обратился к сеньору Лозано Гаспар. — Вы сказали, что приехали недавно. Откуда вы? — Приехали мы с севера, из Корриентеса [1]. Моя супруга, мать Пии, да упокоит Господь её душу, умерла от болотной лихорадки [2]. Мы с Пией не в силах были оставаться там, где всё напоминало о ней. Вот и переехали сюда — в спокойное тихое местечко. Пока отец Пии рассказывал историю своей жизни, дочь, рискнула поднять голову и теперь пялилась в красивое лицо Данте. Тут же раздалось хлопанье крыльев — на плечо к Данте взгромоздилась Янгус. Пия, вскрикнув, закрылась руками. — Да не бойтесь, это моя птица. Её Янгус зовут, она как член семьи, — Данте взял со стола грушу и сунул её Янгус в клюв. Каролина водрузила на стол огромное блюдо с жареными бычьими хвостами. — Данте, — укоризненно сказала она, — у нас гости, было б лучше, если б Янгус не сидела сегодня за столом. — Почему это? — Она может напугать наших гостей. — Да, моя дочь до смерти боится птиц, — подтвердил сеньор Лозано. — Я вообще всех животных ненавижу. Они опасные твари, — наконец, у Пии прорезался голос и это стало её роковой ошибкой, убившей в Данте минимальные проблески симпатии. Юноша грубо хмыкнул, продолжая скармливать Янгус фрукт. — Янгус останется со мной. Она мой друг. Я не буду изменять своим привычкам и гнать друзей, только потому что к нам пришли соседи, — отрезал Данте. — Кстати, не выношу людей, которые ненавидят животных. Они злые, — он сверкнул раскосыми глазами, с вызовом глянув на Пию. Кажется, та поняла, что совершила глупость, и опустила глаза. — А я боюсь собак, — сказал Анхель. — Они очень опасны. — Не опаснее, чем люди. Я бы убивал всех людей, которые ненавидят и мучают животных, — добил Данте. — Кстати, никто не хочет женевера [3]? А я хочу. Мама, — обратился он к Каролине, красной от ярости и стыда, — у нас остался женевер? Знаете, сеньор Лозано, я страшно люблю выпить. Иногда напиваюсь так, что валяюсь под столом, — Данте вошёл в азарт и ему стал нравиться тот бред, который он нёс. Интересно, через сколько минут гостёчки убегут, засверкав пятками? — А вот Клем терпеть не может спиртное, он вечно меня пилит, когда я приползаю из кабака. Жуткий зануда! Клементе разинул рот, собираясь ответить, но, получил от Данте пинок каблуком по ноге и чуть не взвыл от боли. То багровея, то зеленея, Каролина ушла в кухню. Данте встретился взглядом с Гаспаром, и тот ему подмигнул. — Представляете, сеньор Анхель, мои сыновья такие разные, — сказал Гаспар. — Клементе — серьёзный, честный, ему жениться уж пора. А Данте ещё не нагулялся, он у нас такой ветряный. Да и рано ему пока жениться, он же младшенький. Похоже, Гаспар сжалился над Данте, решив прийти ему на помощь, и на душе у Данте стало легче. Зато у Клементе отпала челюсть от вероломства отца и брата: он переводил взгляд с одного на другого, но так и не мог придумать как отомстить. Каролина поставила на стол масаморру с мёдом [4]. Руки её дрожали. «Да уж, Гаспару будет несладко после ухода гостей», — подумал Данте. Но он был уверен: супруги помирятся, как только окажутся в спальне.
Во время десерта Данте решил, что сделал достаточно, чтобы отвадить от себя невесту, и больше не осмелился гневить Каролину.
