В недалеком будущем человечество объединилось в Земную Федерацию. Люди открыли для себя межзвездные путешествия и заселили множество планет. В захолустной колонии Торум трудится шериф Владимир Обломов. Хотя «трудится» – это сильно сказано. Пьянствует, играет в карты с мэром и лишь изредка является на работу, ругаясь с помощницей Дианой.Неожиданно на сонную планету обрушивается волна зверских убийств.Кто оставляет распятые трупы? Что за существа объявились в тихом мирке, повергнув его в ужас? Возможно, шериф Обломов знает, в чем дело? Возможно даже, что он вовсе не алкоголик и взяточник, как считают окружающие. В конце концов полицейскому предстоит вступить в битву с древними и могучими силами, известными нам лишь по легендам. Планы будут рушиться, люди вокруг умирать десятками, но миссия должна быть доведена до конца любой ценой. Ведь если шериф не справится – погибнет все человечество.
– Откройте, полиция! – надрывался на крыльце женский голос. Через несколько секунд последовали довольно увесистые удары в хлипкую дверь моего жилища. Кто бы мог подумать, что одна юная леди способна произвести столько шума. Так, глядишь, и замки не выдержат.
Я нехотя приоткрыл глаза. Сквозь жалюзи на окнах одноэтажной хибары пробивалось то ли утреннее, то ли уже дневное солнце. Заснуть на диване в гостиной – само по себе дело банальное. Хуже, что отрубился, на нем сидя, да ещё и в халате. В том самом, в котором накануне собирался пойти в ванную, чтобы принять душ. Значит, обошлось без водных процедур. Среди селян в таких случаях принято понюхать себя под мышками, чтобы определить, готов ли ты к общению с прекрасным полом. Вместо этого я дотянулся до дезодоранта на тумбочке и обильно спрыснул им типичные места. Ну вот, перед вами снова достойный член общества.
На столике перед диваном возвышалась опорожненная наполовину бутылка вина, рядом на тарелке по-сиротски пристроились три последних кусочка сыра. Вздохнув, я отправил один из них в рот, и поднялся на ноги. Великолепно. Не шатает, а значит, определение «перебрал» ко мне не относится. Короткий визит в ванную – тридцать секунд на туалет, чуть больше – на чистку зубов. Из зеркала на меня пялился невысокий лысый субъект на вид слегка за сорок. С глазами, охарактеризованными в полицейском досье как «ярко-голубые». В данный момент, правда, означенный цвет разбавляли предательские красные прожилки в белках.
Крики за стенами дома прекратились, но я знал, что незваная гостья всё ещё там. Набравшись мужества, на цыпочках пересек запыленную гостиную, решительным жестом откинул щеколду и распахнул дверь в мир. Мир ожидаемо ответил обжигающими лучами солнца. Прямо в глаза. Некоторые считали меня довольно сообразительным, но действительно умный догадался бы надеть темные очки.
Она стояла на пороге спиной к входу, любуясь окружающей саванной. Вид с горы и правда был хорош. Внизу в паре километров от дома раскинулся Мидгард, отсюда выглядевший хаотичным скоплением малоэтажных домишек, рядом с ним – Голубое озеро. Вдали на юге, окутанные сизой дымкой, высились Голубые горы. Очень много голубого на этой планете. Жаль, преимущественно в названиях. Сама-то по себе она в основном желто-землистая, насколько я мог заметить за два года пребывания на ней. Любоваться окрестностями я предпочитал по вечерам, когда температура снижалась до комфортных плюс двадцати, а столица начинала искриться огнями казино и фонарей на набережной. Заниматься этим, стоя на солнцепеке в форменном полимерном комбинезоне – удовольствие на любителя.
– Я орала добрых пятнадцать минут! – Заслышав звук открывающейся двери, она резко обернулась и обвиняющим тоном продолжила: – Сейчас уже десять сорок восемь утра!
– Мисс, вы разбудили меня лишь для того чтобы сообщить время? – Изображать недовольство оказалось несложно – солнце нещадно жгло глаза, и лицо само по себе сморщилось в угрожающую гримасу.
Нарушительница спокойствия встряхнула хорошенькой головкой с черными волосами до плеч и положила пальцы на пояс с пистолетом и наручниками. Типичная поза полицейского «я вас предупреждаю». Прямо из учебника. Взгляд скользнул мне за спину, явно приметив бутылку на столе.
– Вы пили! – Даже не знаю, можно ли было произнести эти два слова с более осуждающей интонацией. – Проклятый алкоголик! Погодите… это что, вино?!
Отпихнув меня в сторону, законница ворвалась в комнату и схватила бутылку, пытаясь в полумраке гостиной разобрать надпись на этикетке.
– Это произвол, – неуверенно заметил я, думая, что если она захочет покопаться в прочих моих вещах, то найдет там ещё немало чего интересного.
– Это – контрабанда! – Бутылка впечаталась донышком в стол, а обыск продолжился. – Ага, сыр! Тоже контрабанда!
– Подарки, – уточнил я, – э-э-э… беспошлинные подарки. От хороших друзей.
– Вы пьяница. Тунеядец. И вор. – Как ни странно, дав исчерпывающую характеристику личности хозяина дома, она успокоилась и плюхнулась в ближайшее кресло. – Собирайтесь. Немедленно. Поедете со мной.
– С чего бы это? – осторожно поинтересовался я. – Может, я не хочу. Может, чувствую себя плохо.
– С того, что сейчас уже одиннадцать утра, а ваш рабочий день начинается в девять! – снова взвилась гостья.
– Сегодня же пятница, правда? – Мозг отказывался понять логику её рассуждений. – На работе я был во вторник. Какая разница, сколько сейчас времени, если я прогулял уже два дня? Оставьте меня в покое. Всё равно завтра выходной.
– Мы полиция, шериф. – Ну наконец-то она соизволила обратиться ко мне как подобает. – У нас нет выходных. Мы работаем восемь дней в неделю, двадцать пять часов в сутки. Во всяком случае, я и Томми. Потому что вы, шериф, не работаете вовсе. Отпуск закончился. У нас дело, и мэр требует, чтобы им занялись лично вы.
