Гарри, Мин, Григорий, Фаулер и я посвятили наше время проектированию колониальных кораблей. Принцип прост: в отсеках, которые были бы заполнены боевыми беспилотниками, теперь будут размещаться люди-колонисты в стазисных мешках: толстых, запечатанных в вакууме мешках с механическим монитором, подключенным к системам корабля. Полдюжины механических рук будут бродить по отсекам, способные отобрать запечатанного колониста и поместить его в выходную камеру, которая распечатает сумку и выведет человека из стазиса. Наше планирование позволило нам достигнуть верхнего предела числа людей, которых мы можем перевозить на кораблях: 12 394. На данный момент мы можем взять всех наших выживших – и даже останется место. Через несколько дней мы узнаем, есть ли еще люди на планете и хватит ли у нас места для всех. Если нет, будем решать проблемы по мере их поступления.
Солнечный дрон был запущен три дня назад, но до сих пор не вернулся. После завтрака я захожу в оперативный штаб ЦЕНТКОМа и проверяю, не было ли принято каких-либо трансляций.
Взяв одну из раций, лежащих на длинном столе для переговоров, я соединяюсь с лагерем № 9, где находится Гарри:
– Кто-нибудь из вас принимал какую-нибудь радиопередачу?
– Пока ничего, – отвечает он. – Хотя мы все еще находимся в пределах ожидаемого периода времени.
– Я знаю. Тем не менее, я думал, что мы получили бы сигнал по рации дальнего радиуса действия.
– Может быть, энергии мало.
– Может быть, – бормочу я. – Направляюсь к вам.
В лагерь № 9 я прибываю уже за полночь. Огни снаружи печатного цеха и склада отключены для экономии энергии, но я знаю, что внутри все работают. Мы работаем в три смены. Горы извлеченного мусора лежат снаружи, ожидая обработки, расплавления на базовые элементы и перепечатывания.
Внутри склада работа над новыми кабинами или квартирами, как мы их начали называть, идет полным ходом. Рабочие в армейских униформах Атлантического Союза собирают компоненты с помощью светодиодного фонаря, складывая печатные пластиковые кирпичи вместе, как взрослые, играющие в полумраке в Лего натуральной величины.
Мы превратили офисы в передней части склада в комплекс лабораторий и небольшую комнату, которая служит командным пунктом, откуда мы с Гарри управляем войсками.
Сам Гарри сидит в диспетчерской, держа в руке чашку с горячим кофе, над которой поднимается пар. Практически все рабочие принимают стимулирующие таблетки – все, кроме Гарри, Фаулера и полковника Эрла. Эти все еще пьют кофе, хотя его запасы неуклонно сокращаются. Старая школа – мне нравится.
– Есть хоть что-то? – спрашиваю я.
Гарри вздрагивает и проводит рукой по усталому лицу. Артур стоит рядом со скучающим видом.
– Нет, – бормочет Гарри.
Я указываю на Артура.
– Ты сказал три дня.
– Разве? – отвечает тот, симулируя удивление. – Господи, мне придется обновить веб-сайт, чтобы будущие клиенты знали, что ApocalypsePhoto.com больше не может гарантировать доставку в течение семидесяти двух часов.
– Очень смешно, – резко говорю я. – Как ты думаешь, что случилось?
– Лучшая догадка? Одна из тех обезьян, которых вы пытаетесь спасти, сбила его.
– Вряд ли…
– Эй, – кричит Гарри. – У нас что-то есть.
Канарейка-1 запрограммирована не принимать данные – в случае если Артур попытается захватить власть. Но он может транслировать и записывать аудио с различных радиочастот. Он также может использовать эту аудиотрансляцию для отправки нам зашифрованных данных. Не получить, а отправить. Это была идея Гарри. Он использует старый стандарт модуляции звука в данные, разработанный десятилетия назад для тогда еще модемного Интернета. Он улыбается, когда из динамиков раздаются знакомые звуки[5].
– Разве это не возвращает тебя в лучшие времена?
– Это было немного раньше моего времени, Гарри.
– Ну, приятель, ты действительно многое пропустил.
Шум исчезает, и на главном экране начинают мигать буквы:
СОЕДИНЕНИЕ ДАННЫХ УСТАНОВЛЕНО
ИСТОЧНИК: КАНАРЕЙКА-1
– Все вышли, – кричу я дюжине техников, сидящих за своими рабочими станциями. Как и все в Атлантическом Союзе, они заслуживают знать результаты исследования, но эта информация опасна. Она должна распространяться правильным образом и в нужное время.
Когда Гарри, Артур и я остаемся одни, Гарри выводит сводные данные на экран. Мое сердце подпрыгивает. И резко падает.
– Я думал, ты будешь счастлив, Джеймс, – говорит Артур. – Не будь самодовольным. Ты знаешь, что это значит.
Я чувствую себя поселенцем на Диком Западе. Мои дети укутаны, повозка загружена, и мы путешествуем по пустыне к нашему новому дому в надежде на лучшую жизнь.
В этом случае пустыня – замороженная Северная Африка, новый дом находится на другой планете, а наша повозка – бронетранспортер Атлантического Союза. Так что да, отчасти мы похожи на бесстрашные души, которые заселили американский Запад. И, как и они, мы направляемся на запад, в лагерь № 9, в крайнее место, где мы будем жить, прежде чем покинуть Землю.
