— Да. Но я счастлива, так как это значит, что он в порядке.
Раздается стук в дверь. Джеймс, как обычно, работает допоздна, и я слишком устала, чтобы встать.
— Войдите.
Дверь распахивается, и, к моему удивлению, в комнату заходит Ричард Чендлер. Я щурюсь. Он улыбается, как будто знает секрет.
— Привет, Эмма.
— Джеймса здесь нет.
— Я пришел увидеться с тобой.
— Хорошо. Ты видишь меня.
Элли подходит ко мне и отворачивается от Чендлера. Сэм поднимается на ноги, но держит дистанцию.
— Я подозревал, но не был уверен, пока не увидел сегодня стазисные мешки.
— Подозревал что? Что он не выдержит твоего массивного эго?
— Забавно. Но в ближайшее время ты не будешь смеяться. — Он делает шаг вперед. — Я знаю, что на корабле недостаточно места для всех. Сколько останется не у дел? Тысяча? Две тысячи? Три?
— Это не твоя забота.
— О, как раз нет. Это забота каждого. Потому что некоторые из них останутся за бортом. Как ты думаешь, как бы они отреагировали, если бы знали правду?
У меня пересыхает во рту. Я смотрю на него, и его взгляд опускается на мой живот.
— Есть только одно решение. Нам придется принять несколько трудных решений о том, кого взять с собой. Вопрос в том, кто лучше всего подходит для выживания в новом мире? Мы должны быть практичными. Очевидно, нам нужно учитывать возраст. Все моложе или старше определенного возраста… ну, их просто не имеет смысла брать.
Когда Эмма рассказала мне о визите Чендлера в нашу квартиру, я пришел в ярость. Чего я не знаю, так это того, блефует ли Чендлер или действительно намерен предложить нам выбрать, кого оставить? Получается, младенцы, маленькие дети и те, у кого низкие шансы на выживание, могут остаться.
Возможно, он просто пытается отомстить мне за то, что я унизил его во время первой контактной миссии или недавно ранил его. Как я прекрасно знаю, он отлично умеет манипулировать людьми, особенно словами, чтобы причинять страдания. Вероятно, повлияло все сразу.
В одном я уверен: лучший шанс нейтрализовать его угрозу — обеспечить место на этих кораблях для всех. Таким образом, я посвящаю каждый миг своего бодрствования этой задаче.
В помещении станции управления запуском я наблюдаю на экране, как строительные дроны собирают стазисные отсеки внутри супертранспортников. Это невероятно. Величайшее достижение человечества. Изобретения Артура основаны на нашем программном обеспечении.
Я считаю технологию стазиса еще более впечатляющей. Испытания Идзуми прошли без нареканий. Самые последние испытуемые оставались в стазисных мешках в течение двух недель. Тесты впоследствии не выявили никаких физических отклонений. Следующий шаг — отправка пассажиров в стазисе до кораблей и пробный запуск процедуры посадки. Мы будем готовы к этому через неделю.
Мы продолжаем работать над тем, чтобы расширить возможности кораблей. Нам удалось освободить место еще примерно для тысячи стазисных мешков, в основном потому, что мы смогли уменьшить размер оборудования и не учли, сколько детей будет на борту. Освободившееся пространство и уменьшенная масса тел дают место для большего количества людей.
Каждый раз, когда я посещаю здание управления запуском, я думаю о двух солдатах, которые были убиты здесь. Я до сих пор не понял, почему. Это не выходит у меня из головы. В последний раз я так чувствовал себя спустя несколько часов после того, как мы уничтожили три больших астероида. Как и тогда, я знаю, что что-то не так, но, как ни стараюсь, не могу понять, в чем дело.
Артур работает со мной и Гарри каждый день, но я никогда не был у него в камере. Это оказывается тесная комнатка, которая не обогревается — в этом нет необходимости, и иначе мы не можем сэкономить энергию.
Холод охватывает меня, стоит мне переступить через порог.
— О, Джеймс, — говорит Артур, поднимаясь на ноги. — Я не ожидал, что ты составишь мне компанию.
Он переходит в пустую комнату.
— Извини за беспорядок. Горничная попросила надбавку, и, когда экономика замерзла — если хотите, — мне пришлось спросить себя, действительно ли это мне сейчас нужно.
Я игнорирую его шутку и перехожу сразу к делу.
— Убийства в Центре запуска. Ты это сделал?
— Ты ставишь меня в неудобное положение.
— Сомневаюсь. Два солдата были убиты. Ты это сделал? Ты участвовал в этом?
— Зачем мне это?
— Ты не ответил.
— Ты не поверишь мне, если я отвечу, Джеймс.
Я выдыхаю.
— Что произойдет с тобой, когда мы улетим?
Он пожимает плечами.
— Я устрою грандиозную вечеринку, посвященную концу света, для всех тех людей, которых вы оставите здесь. — Он смущенно вздрагивает. — О, извини, наверное, не стоило говорить это слишком громко?
— Давай серьезно.
Он смотрит на меня с легкой улыбкой на губах.
— Будет ли «сборщик» перезагружать тебя? — спрашиваю я. — Или отправит за тобой зонд?
— Я бы хотел. Но я не настолько важен. Сохранение…
— …энергии. Да, я знаю. Но я не верю, что ты просто останешься здесь.
