– Как хотите. – Кристофер выпустил струйку дыма. – Хорошо поработали, Шарп. Молодцом. Горжусь вами. Эти ребята, – он кивнул в сторону Дюлона, – не привыкли проигрывать. Показали чертовым лягушатникам, как умеют драться англичане, а?
– А еще ирландцы, – сказал Шарп. – И шотландцы. И валлийцы. И португальцы.
– Какой вы благородный, всех помните. Но теперь дело кончено, лейтенант. Пора собирать вещички и уходить. Лягушатники предлагают вам все воинские почести. Уйдете с оружием и под развернутым флагом. Без обид. Они, конечно, не очень довольны, но мне удалось их убедить.
Шарп снова взглянул на француза, который стоял с каменным выражением лица в паре шагов от подполковника, словно показывая, что не имеет никакого отношения к миссии предателя. Он повернулся к Кристоферу:
– Вы что, за дурака меня принимаете?
Подполковник оставил реплику без комментария.
– Не думаю, что вы успеете вернуться в Лиссабон. Крэдок уйдет через день-два, а с ним и вся армия. Они вернутся домой, лейтенант. В Англию. Так что для вас лучший вариант – подождать в Порто. Французы согласились репатриировать всех британских граждан, и корабль уйдет через неделю-другую. И вас прихватит.
– А вы тоже возвращаетесь?
– Очень возможно. Спасибо, что спросили. Не сочтите за нескромность, но, думаю, я вернусь на родину героем. Человеком, принесшим мир Португалии! За такое могут и в рыцари произвести, согласны? Мне, конечно, все равно, а вот Кейт была бы не против стать леди Кристофер.
– Не будь ты под белым флагом, я бы прямо здесь, на месте, выпустил тебе кишки, – сказал Шарп. – Знаю, чем ты занимаешься. Обедаешь с французскими генералами? Приводишь их сюда, чтобы они тут нас перехлопали? Ты предатель, Кристофер. Мерзкий, гнусный предатель, и ничего больше. – Тон Шарпа, очевидно, подсказал французу, о чем речь, потому что по губам майора скользнула улыбка.
– Ох, господи. – Кристофер скривился, словно от боли. – Ох, господи. – Несколько секунд он смотрел на лежащий неподалеку труп француза, потом покачал головой. – Я оставлю без внимания вашу наглость, лейтенант. Полагаю, без моего бывшего слуги здесь не обошлось? Да, у Луиша талант по-своему интерпретировать события и обстоятельства. – Подполковник затянулся, выдохнул и проводил взглядом подхваченный ветерком дым. – Меня направило сюда правительство его величества с целью определить, стоит ли нам воевать за Португалию, стоит ли проливать за нее английскую кровь. Я пришел к выводу – вы, скорее всего, с ним не согласитесь, – что она того не стоит. Теперь мне предстоит выполнить вторую часть поручения, то есть договориться с французами об урегулировании ситуации. Заметьте, речь идет не о капитуляции, а об урегулировании. Мы выведем наши войска, они выведут свои, хотя ради проформы им будет позволено пройти парадом и силами одной дивизии по улицам Лиссабона. А потом –
– Знаю, – перебил его Шарп. – Слышал про мудрецов, которым чего-то там не снилось, только какого черта вы здесь делали? – В его голосе проступили сердитые нотки. – Почему надевали французскую форму? Луиш все рассказал.
– Подумайте сами, не могу ведь я носить красный мундир в тылу у французов! А цивильная одежда в наши дни особого уважения не заслуживает. Да, приходилось носить и французскую форму. Это, лейтенант,
– Мне наплевать, что это такое! – рявкнул Шарп. – Эти ублюдки лезли сюда, чтобы убить нас, а привели их вы!
– Ах, лейтенант, лейтенант, – грустно вздохнул подполковник. – Нам потребовалось тихое местечко, чтобы спокойно все согласовать и подписать. Чтобы никто не мешал. Чтобы толпа не давила. Я предложил Квинту. Признаю, не подумал, чем это вам может грозить. Моя вина. Извините. – Он даже изобразил подобие поклона. – Французы пришли, сочли ваше присутствие здесь западней и вопреки моему совету решили вас атаковать. Еще раз простите. Но теперь все кончено, Шарп. Все позади. Вам позволено уйти. С оружием. С почетом. И вы сами пройдете с гордо поднятой головой. Так что примите мои самые искренние поздравления. Разумеется, я сделаю все, чтобы ваш полковник узнал о ваших подвигах. – Он подождал ответа, а когда такового не последовало, усмехнулся. – И конечно, для меня будет честью вернуть вам подзорную трубу. Поверьте, просто забыл захватить ее с собой.
– Ничего ты не забыл, ублюдок! – прорычал Шарп.
