У Магнуса имелись серьезные сомнения на счет могущества стихийной магии, о которой так любили распространятся кланы, и получить опровержение было приятно.
Стало понятно, что еще два или три применения столь же масштабных заклинаний и неприятель обратится в бегство. Остатки, кому повезет выжить в устроенной при помощи смертоносной волшбы кровавой бойне, сдадутся на милость победителя.
Властитель Ландрии чувствовал приближение победы, все сомнения насчет проигрыша отступили прочь, никакие двергские поделки не смогут сломить дальнейший ход сражения в пользу противника.
Так он думал и уже принялся заранее прикидывать, как будет брать приступом столицу Изтара…
А потом случилось это. Страшное. Непонятное. И оттого вызывающее не только недоумение у всех присутствующих, но и страх из-за отсутствия зримых причин произошедшего.
Стоящий в центре Мендеваль вдруг зашатался, захрипел, уставился куда-то перед собой, дико вытаращив глаза, словно не веря в то, что видит, а затем рухнул на землю.
Без криков, без стонов, просто взял и упал. Замертво. Схватившись за сердце, с гримасой жуткого удивления на благородном лице.
Никто не понял, что случилось. Магистр умер без видимых проявлений, взял и свалился. Это и испугало больше всего. Если бы ударила молния или взорвался огненный шар, то реакция последовала бы другая. А так… свидетели попросту впали в ступор, не зная, как реагировать на такое событие.
– Ваше величество, что нам делать? – все тот же маг поднялся с колен растерянно глядя на мертвого господина.
Беспомощный голос волшебника вывел монарха из себя.
– То что надо, – рявкнул Магнус, в первую очередь разозленный из-за того, что средство достижения желанной победы сейчас лежало на земле и не подавало признаков жизни.
Так и знал, что от этих напыщенных индюков из Совета будет мало толку. Как дошло до дела, только и сподобились, что на одно заклинание. Магистр сдох (скорее ансаларский лорд постарался), а ему теперь непонятно как выигрывать битву.
– Вперед, – король развернул коня и снова рванул на вершину холма для наблюдения за ходом сражения.
Оставалась надежда на графа Говера. Его конница уверенно рубила изтарцев, орудия коротышек уже захватили, рыцари не останавливаясь двигались дальше, прорываясь в центр вражьего войска.
– Мой король, смотрите! – один из дворян вскинул руку, указывая на левый фланг ландрийской пехоты, сейчас она бодро теснила фиолетовых плащей пытаясь перейти в наступления.
Последние не спешили лезть вперед, ошеломленные чудовищными потерями из-за магического удара. Все попытки подбодрить потрясенных солдат офицерами оканчивались ничем, никто не желал двигаться дальше.
Правда и бежать они пока не спешили, что однозначно играло на руку командиру противника, не оставляющего желания снова повести бойцов в бой.
Именно в этот момент на поле появились новые действующие лица. Конный отряд в две сотни голов вынырнул из-за пригорка и ринулся вниз, на ходу перестраиваясь в форму острого клина.
На острие внезапной атаки скакал одинокий всадник, чуть позади двигались два знаменосца, первый держал уже виденный штандарт с драконом и башней, а второй нес флаг с изображением песочных часов.
– Ансалар! – проревело над полем боя.
Фиолетовый плащ предводителя чудным образом преобразился, стремительно увеличился в размерах, принимая вид огромной мантий, сотканной из тумана и пепла. Она простерлась назад, закрывая собой весь конный отряд.
– За лорда Готфрида! – вслед за первым прозвучал второй боевой клич.
Магнус вздрогнул, наклонился в седле, пытаясь получше разглядеть предводителя малочисленного отряда.
Хозяин Замка Бури лично пошел в атаку. Точно так, как в незапамятные времена это делала Древняя Знать. Именно так ансаларцы завоевывали свою империю. Когда поражение подходило слишком близко, лорды лично выходили на поле боя и не уходили, пока не одерживали победу.
Бились иступлено, не жалея себя и не оглядываясь на собственное высокое положение. Не отступали, с презрением отвергали любую возможность для примирения и стояли до самого конца.
В случае необходимости ансаларские владыки не прятались за спины других людей, с готовностью брали меч в руки и шли вперед, прокладывая себе дорогу сталью и магией.
Тысячи лет назад альвы оказались не готовы к такой всепожирающей ярости и потому проиграли. Рыцари Ночи втоптали в грязь зеленые знамена и обратили в прах лесные твердыни, на деле доказав, что достойны править Фэлроном.
Смогут ли люди достичь подобных успехов? Глядя на разыгравшееся внизу сражение Магнус сомневался.
Появление лорда придало сил, потрепанные отряды латников в фиолетовых плащах воспрянули духом, увидав своего лидера с оружием в руках. И вот уже над всем полем неслось злое:
– Ансалар!!!
Над колыхающей толпой воинов прогремел древний клич Ансалара. Империя давно пала, но жажда ярости ее повелителей все еще жила, наполняя сердца бывших землепашцев небывалой храбростью.
Вчерашние крестьяне, оторванные от сохи всего тройку месяцев назад, взъярились и с остервенением бросились на шеренги ландрийцев.
