В последней главе великой саги о Стражах Га'Хуула, Стрига и Нира объединяются, чтобы призвать на свою сторону страшные силы самой преисподней. Черная магия вновь возвращается в мир. Когда известие об этом роковом союзе достигает Великого Древа, Ночные стражи бросают клич по всему совиному миру, созывая под свое крыло всех добрых созданий: пестрых краалей, белых медведей, зеленых сов Амбалы, тупиков, чаек и волков из Дали. Огромная армия свободных существ идет, плывет и летит к Горячим вратам Дали, где будет окончательно решена судьба всех шести совиных царств.
Annotation
В последней главе великой саги о Стражах Га'Хуула, Стрига и Нира объединяются, чтобы призвать на свою сторону страшные силы самой преисподней. Черная магия вновь возвращается в мир. Когда известие об этом роковом союзе достигает Великого Древа, Ночные стражи бросают клич по всему совиному миру, созывая под свое крыло всех добрых созданий: пестрых краалей, белых медведей, зеленых сов Амбалы, тупиков, чаек и волков из Дали. Огромная армия свободных существ идет, плывет и летит к Горячим вратам Дали, где будет окончательно решена судьба всех шести совиных царств.
Кэтрин Ласки
Пролог
Глава I
Глава II
Глава III
Глава IV
Глава V
Глава VI
Глава VII
Глава VIII
Глава IX
Глава X
Глава XI
Глава XII
Глава XIII
Глава XIV
Глава XV
Глава XVI
Глава XVII
Глава XVIII
Глава XIX
Глава XX
Глава XXI
Глава XXII
Глава XXIII
Глава XXIV
Глава XXV
Глава XXVI
Глава XXVII
Глава XXVIII
Глава XXIX
Эпилог
Совы
Кэтрин Ласки
Война углей
Я посвящаю эту книгу всем читателям. Ночных стражей Га'Хуула, ставшим настоящими жителями моего воображаемого мира. Мне кажется, что воображение — это улица с двусторонним движением. Благодаря вашему энтузиазму совиный мир стал для меня гораздо более реальным. Дело в том, что первоначально я хотела написать всего шесть книг. Эта книга — пятнадцатая, и последняя. Последняя не потому, что ваш интерес уже иссяк, а потому, что это самое правильное время поставить точку в истории Сорена и его стаи.
Пролог
Свет низкой полной луны струился в ледяную пещеру и озарял ее изнутри, превращая в подобие тусклого фонаря над узким проливом, соединяющим Южные царства с Северными. Тени двух сов ярко чернели на фоне светящихся стен. Возможно, маленькому тупику только показалось, что оперение одной из этих сов имеет странный оттенок цвета летнего неба? С той самой ночи, когда тупик нашел перо цвета небес, он совершенно потерял голову. Небесный цвет мерещится ему повсюду, вот и вся причина.
«Мне нечего тут делать! Нечего тут делать! — монотонно стучало в голове у тупика. — Я самый младший в роду чрезвычайно тупых птиц, — безмолвно напомнил он самому себе, еще глубже забиваясь в свое укрытие. — Жаль, что я не могу съежиться и похудеть, как делают совы, когда пугаются!»
Тупик с большим трудом втиснул свое довольно упитанное тельце в узкую трещину в самом дальнем углу пещеры, куда лунный свет не мог добраться. И все-таки на душе у него было очень неспокойно.
Маленький Крепыш, которого, если бы тупики умели считать, следовало бы называть Крепышом Пятнадцатым, чувствовал, что в этой пещере происходит нечто опасное.
«Мне нечего тут делать! Не знаю, откуда я знаю, что тут опасно, но я это точно знаю. Я, конечно, тупой, но тоже кое-что понимаю!»
Здесь следует сказать, что, по сравнению с другими тупиками из Ледяных проливов, этот Крепыш был настоящим умницей. Все остальные тупики могут думать только об одном — о рыбалке. Они великолепно ныряют, с невероятной точностью и храбростью врезаясь в бурные волны, и неизменно возвращаются к своим птенцам с целой охапкой мойвы, аккуратно сложенной в их толстых ярко-оранжевых клювах. К сожалению, это единственное, что тупики умеют делать умело и аккуратно. Летают они совершенно безрассудно, чудом не врезаясь в скалы, гнездо содержат в грязи, а птенцов воспитывают и того хуже. Когда Крепыш нашел перышко цвета неба, его братья, сестры и даже родители стали в один голос уверять, что перо абсолютно белое. Они делали это не из упрямства, а просто потому, что знали всего три цвета — черный и белый, как их оперение, и оранжевый, как их клюв. Все остальные цвета не умещались в крохотных мозгах тупиков. Но маленький мозг Крепыша Пятнадцатого по какой-то странной причуде судьбы был вечно занят совершенно неожиданными мыслями. Возможно, эти мысли когда-нибудь доведут его до беды, однако Крепыш твердо знал, что странное перо было не черное и не оранжевое. И даже не белое. Он назвал его небесным, и все.
Совы нередко пролетали через Ледяные проливы, но Крепыш еще никогда не видел сову с оперением небесного цвета, поэтому, найдя перышко, только и думал о том, как бы хоть одним глазком посмотреть на птицу, которая его потеряла. И вот теперь сова небесного цвета сидела прямо перед ним, а он умирал от страха.
Крепыш знал об узком потайном проходе, ведущем в заднюю часть пещеры, расположенной на самой вершине ледяного утеса, поэтому стоило ему увидеть, как две незнакомые совы залетели внутрь, как он тут же облетел скалу кругом и забился в тесную щелку, чтобы хотя бы одним глазком взглянуть, что там происходит. Скорчившись в своем неудобном укрытии, тупик весь обратился в слух.
