— Это немыслимо, — ворчал Тегид. — Все равно, что пасти косяк лососей ивовой веткой! — Надо сказать. причин жаловаться у него хватало. Король молчал. Он говорил только с бардом, скакавшим с ним бок о бок. Я поклялся охранять Тегида, значит, хлопот хватало и мне. Так что только к вечеру третьего дня я выяснил, что Саймон жив. По правде говоря, я не думал о нем с тех пор, как покинул Инис Скай. Столько всего случилось, что и о себе-то некогда было думать, не то что о Саймоне.
Я увидел его в гвардии принца Мелдрина и сразу вспомнил, где я и зачем пришел. Мне стало понятно, что чувствовал Саймон в тот день, когда он увидел меня среди битвы. Мысль была неприятной: оказывается, я забыл, что я здесь чужой, и вообще этот мир не мой.
Саймон заметил меня не сразу, дав возможность некоторое время понаблюдать за ним. Он ехал в отряде принца Мелдрина, элиты из элит; они называли себя волчьей стаей. В их задачу входила охрана королевского отряда, особенно арьергардное прикрытие. Ибо больше всего мы опасались преследования. Вот потому я и не видел его раньше. Я сразу понял, что Саймон занял видное место в волчьей стае принца. Ему подчинялись беспрекословно.
Его фигура и раньше выглядела неплохо, но теперь он весь был покрыт сплошными мускулами, особенно плечи. Мощные ноги уверенно несли не менее мощное тело. Он со знакомой непринужденностью прохаживался между своими собратьями по мечу, а я подумал, что такая непринужденность достигается только многими победами, уж мне ли не знать! Настоящий военачальник, он и вид имел соответствующий: волосы отросли и собраны в косу на шее; штаны из тонкого синего льна; ярко-желтая рубашка; плащ зелено-синего цвета в клетку. Он не носил торк, но мог похвастаться четырьмя широкими золотыми браслетами и золотыми кольцами на пальцах.
Я обрадовался, увидев его живым и здоровым, да и внешний вид его не мог не радовать. Некогда я знал беспечного молодого человека, а теперь передо мной был настоящий кельтский воин. Наверное, обо мне он мог бы сказать примерно то же самое, поскольку и мой внешний вид существенно изменился.
Насмотревшись на него издали, я решил подойти. Он сидел на телячьей шкуре рядом с небольшим костерком.
— Саймон? — Заслышав свое прежнее имя, он повернул ко мне голову. На лице проступило удивленное узнавание.
— Льюис!
— Ага, значит, ты все-таки меня помнишь.
Он вскочил на ноги, но почему-то не взял меня за руки, как положено приветствовать родича.
— Рад видеть тебя, друг. Я слышал, что ты вернулся. — Говорил он приветливо, но с некоторой прохладой. Я сообразил, что он вовсе не рад меня видеть. — Я давно хотел тебя найти.
Я ему не поверил, но пропустил это мимо ушей.
— Отлично выглядишь, Саймон.
Он склонил голову набок, словно пытаясь решить, как себя вести, а затем тихо рассмеялся.
— Мы не виделись целую вечность! Ну, что на острове? Я слышал, у Скаты очень милые дочери. — Саймон осклабился, а его друзья заулыбались и стали подталкивать друг друга локтями.
— Это так, — ответил я. — Как дела, Саймон? Я вижу, ты преуспел.
Он нахмурился и несколько мгновений пристально смотрел на меня.
— Теперь мое имя Сион Хай, — тихо ответил он. В его глазах я заметил гордость с толикой презрения. Челюсть угрожающе выпятилась. Я понял, что вижу перед собой человека, которого когда-то хорошо знал, а теперь совсем не знаю. Изменилось не только имя. — Кажется, ты неплохо справился с задачей.
— Я все еще жив.
Саймон с готовностью принял это объяснение.
— Ты всегда меня удивлял.
— В последнее время нам хватало неожиданностей, — сказал я ему. — Извини, не хотел тебя беспокоить.
Напряженное выражение сошло с его лица, он великодушно махнул рукой.
— Пустяки! — громко сказал он. — Ничего особенного! — Я понял, что он сказал это больше для своих людей, чем для меня. — Посиди; раздели с нами огонь. Мы всегда рады собрату по мечу.
Остальные воины с готовностью подвинулись, чтобы освободить место для меня. Я мгновенно почувствовав себя частью их компании. Оставался вопрос: с чего бы им так быстро принять меня, но я тут же сообразил, ведь они, должно быть, видели меня с Тегидом и королем, и поняли мое высокое положение.
— Говорят, ты был с Оллатиром, когда он умер, — спросил воин, сидевший напротив меня. Он был в своем праве: если есть возможность получить сведения из первоисточника, незачем спрашивать кого-то другого.
— Я был там, — коротко ответил я. Эту тему мне не хотелось бы обсуждать при всех.
— Великий бард ушел, — кивнул воин рядом с Саймоном. — Король среди бардов. Его советов будет очень не хватать.
— Это так, — поддержал другой. — Будь он здесь, Сихарт не пал бы.
Печаль воинов была понятной, она была бы еще больше, если бы не ужас опустошения, который они видели в Сихарте. Они пока даже не осознали до конца всю чудовищность потери.
Один из воинов повернулся ко мне.
— Говорят, это вы с Тегидом зажгли сигнальный костер? Значит, вы были там, когда пришел враг? Ты видел его?
Наверное, в его вопросе содержался упрек, что мы ничего не сделали для защиты крепости.
