– Конечно, но тот персонаж уже давно умер. Молодой амбициозный дурачок, который хотел стать демонологом, но выбрал не ту дорожку и попал в паучьи миры. В итоге для демонов он стал неинтересным. Нам он тоже тогда был не нужен. Еххи была слишком молода, чтобы иметь фамильяра, хотя я предполагал и такой ход событий.
– Интересно, – сказал я, – на моем месте мог быть Сантьяго?
– Мог, но он выбрал иной путь. Потом наши дороги разошлись, и мы стали врагами. Так бывает. Мне даже будет немного жаль, когда ты убьешь его.
– Вы уверены, что это случится?
– Нет, конечно, – Данила рассмеялся, – разве можно быть хоть в чем-то уверенным? Ладно, хватит на сегодня философии. За тобой уже идет Женя. Просыпайся.
Из кабинета я вышел в полном недоумении. Нет, конечно, я понимал то, о чем говорил Данила, но лишь частично. Чтобы немного прояснить ситуацию, я обратился к Еххи, но уже чуть позже, когда мы ехали в машине.
– А каким становится человек, когда полностью стирает свою личную историю? – внезапно спросил я и посмотрел на королеву ковена.
– Чего? Где ты начитался этой дичи? У Карлоса, что ли?
– Папка твой рассказал.
– Так и подумала. Не зря ты ходил в кабинет. Опять небось стрелялся, чтобы с ним поговорить? Ты бы, Сереженька, поменьше его слушал в таких вопросах, – веско заметила Еххи, – папочка, конечно, молодец, но он любит ломать людям фильтры восприятия. Каким станет человек, если уничтожит свою личную историю? Свободным! Абсолютно. И это не шутка, только это слишком высокая цена, и я знаю всего пару магов, которые решились на подобное.
– Один из них Сантьяго, да?
– Не сказала бы. Какая-никакая, а определенная личность у него есть. Он не свободный, а возродившийся. Я так называю людей, которые создали свою личность сами, с нуля.
– Есть и такие? – удивился я.
– Да. Конечно. Когда маг осознает, что все его убеждения, вкусы, предпочтения на самом деле принадлежат не ему и навязаны обществом и окружением, то он отказывается от них и испытывает перерождение. Он как бы заново начинает проживать свою жизнь. Все начинается с белого листа.
– Но ведь он удаляет личную историю, просто затем создает новую, которая его устраивает. Так ведь?
– Вот именно. И мы все как раз такие. Просто представь, Сережа, что будет с человеком, который полностью уничтожит собственную личность? Знаешь, кем он станет?
– Богом? – усмехнулся я.
– Нет. Витюшей. Ты же с ним встречался. Вот это типичный образчик настоящего мага. Абсолютный неадекват по человеческим меркам, лишний и выбивающийся из системы да настолько, что она сама дала ему пенсию, справки и отправила на покой. Теперь ничто не мешает ему заниматься пустотой и спокойно ожидать смерти своей физической оболочки дабы потом отправиться в прекрасное вечное в поисках великого смысла существования сознания.
– Значит я еще подумаю, стоит ли мне дергаться в этом направлении, – сказал я.
– Подумай, конечно. Плюсов от этого дела много, но и кукушечка может улететь, а с ней, Сережа, дружить надо. Хоть иногда.
– Последую твоему совету. Там, кстати, Филипп не звонил?
– А ты откуда знаешь? – Женя подозрительно поджала губы, – да, звонил. Хочет встретиться с нами сегодня.
– И где произойдет встреча?
– Он приедет к нам в гости ближе к вечеру. Так откуда ты знаешь о его визите?
– У меня есть свои шпионы, – подмигнул я.
– Вот как, – Еххи звонко рассмеялась, – ты тоже хочешь поиграть в наши загадочные игры, да?
– Да пора бы уже.
До Лилианы мы добрались примерно через час. Ведьма жила в обычной пятиэтажке на окраине Москвы. Серый, ничем не примечательный «хрущ», во дворе которого все заставлено машинами и негде пройти пешему человеку. Мы кое-как протиснулись и встали между старой ржавой «Десяткой» и новым блестящим «Туарегом». Вот они – блеск и нищета современной Москвы. Мы вышли из машины и тут же столкнулись с быдловатого вида мужиком – угрюмым и толстым. Типичный житель спальных районов. Уже седоватый, лет за пятьдесят ему точно.
– А вы кто такие? – нагло спросил он, – на это место ставиться нельзя.
– Мы на полчасика, не больше, – сказала Женя.
– Ничего не знаю, убирайте свою машину. Ищите другое место.
– Так, – я подошел к мужику. Да, он крупнее меня, но тут уж ничего не поделаешь.
– А это твое место что ли? – спросил я.
– Нет. Сына моего. Он приедет скоро, так что убирайте машину.
Сразу стало ясно, что миром этот мужик разойтись не хочет.
– А где написано, что это его место? Он что, платит за него? Нет? – я встал прямо перед мужиком, – тогда и иди на хер. Сказали тебе, что на полчаса? Сказали. Свободен.
