Браслеты на запястьях калеки загорелись. Они были покрыты бусинками индикаторов, которые вспыхнули белым светом, загораясь одна за другой.
Перед глазами пролетели строки.
Защита активирована…
Приорит угрозы, “ниже среднего”...
Развёртка оборудования… 13,12,10,9…
— Что это? — спросил Кромвель, указывая на браслеты.
— Я не знаю, босс, — промычал громила справа.
— Так узнай, болван!
Фауст посмотрел на оставшиеся пять секунд на таймере.
— Эй, Кромвель… — он посмотрел в глаза мужчине. — Я заберу у тебя всё, но ты этого уже не увидишь.
— Что ты несёшь? — спросил аристократ.
Где-то за пределами дома послышалось гудение. А в следующую секунду окно разбилось, осыпая комнату стёклами. Пролетела вспышка, ударяясь прямо в грудь Фауста.
Тело парня вынесло из рук бойцов Лафае. Он пролетел несколько метров и застыл. Ноги калеки не касались земли, его держала конструкция по типу бронежилета, грея воздух двигателями-стабилизаторами.
— Огонь! — проорал Кромвель.
Бойцы потянулись за автоматами, чтобы изрешетить Фауста.
Следом за этим, в гостиную стали влетать искра за искрой, помещаясь на тело висящего в воздухе парня, будто тот был магнитом невиданной силы.
Руки, ноги, корпус, фигура росла, будто снежный ком.
Открылся огонь, пули выбивали искры из металла, которым был покрыт Фауст. Но не были в силах, причинить существенного вреда.
Комната наполнилась лёгкой дымовой завесой, а когда та рассеялась, перед всеми присутствующими появилась фигура трехметрового робота. Его глаза горели синим светом, он стоял и разминался, будто боксёр, водя головой из стороны в сторону и ощупывая руки.
— Кромвель! Пора умирать… — прорычал глухой голос из под шлема.
— Что это такое, Регулус? — спросил Фауст, наблюдая за инфографиками перед глазами.
Внутри шлема, он будто сидел в космическом корабле. Разве что приборная панель сугубо голографическая, скачет статистика, уровень нагрузки, постоянно всплывают сообщения. Всё прилично и убористо, не лезет в глаза.
— Тебе не нравится? — спросил ИИ.
— Иди ты, — брякнул Фауст. — Это то, что сейчас нужно…
— Осторожнее, у нас хорошая броня, но нет патронов. Внутри завода не из чего их создать, но я вставил клинки.
— Мы будто бы попали в средневековье, — хмыкнул Фауст.
Калека почти пришёл в себя, он уже не выглядел, как сумасшедший, у него появилась цель. Ссадины от ударом горели, тело ныло от боли. Сейчас Фауст хотел только одного, крови.
Пули бессильно падали под ноги смятыми блинчиками. Фауст схватил стул и отправил его в полёт, сметая с ног одного из громил охранников. Надолго отправляя того в царство сна.
Лафае предусмотрительно отошёл за спины своих людей, что-то приказывая им. Но за шумом стрельбы практически невозможно разобрать речь.
Впрочем, Фаусту было всё равно, что говорит этот сукин сын. Единственное, что он хотел, сделать так, чтобы ему было максимально больно.
— Мощность на девяносто пять процентов, — приказал он ИИ, не освоившись в ручном управлении.
Шлем подсветился изнутри, зелёный цвет стал стремительно затухать, уходя в жёлтый.
Это видели и все остальные, наблюдая, как глаза робота поменяли оттенок.
Зелёный, жёлтый, красный…
После этого, он рванул вперёд, будто сорвавшаяся с тетивы стрела, стремительно и неотвратимо.
Занавески на окнах и все легкие предметы в комнате колыхнулись, будто в полуметре от них пронёсся многотонный поезд.
Еле успел отдать указание Регулусу.
— Клинки! — закричал Фауст.
Монстр в доспехе пронёсся между двух телохранителей, как скоростной локомотив, после чего, они несколько мгновений стояли на месте. До них доходило осознание того, что они мертвы. Оба переглянулись, перед тем, как развалится на две части.
Закалённая сталь, примеси металлов, которые используются лишь в высококачественных проводниках, Регулус использовал всё что мог.
Лезвие вышло настолько острым, что его невозможно коснуться не порезав при этому руки. Плюсом к этому удару, шла масса самого костюма, который весил под три с половиной сотни килограмм. Как бы Регулус не пытался сэкономить в весе, ему это не удалось.
Люди даже не поняли, как умерли. Хирургическая точность несущего смерть доспеха поражала.
Лафае побледнел, его лицо сравнялось по цвету с воротником. Он толкнул ещё одну пару телохранителей вперёд, а сам пустился в бег.
Фауст одним росчерком поставил точку в битве, снова выбивая хорошие баллы, снёс сразу две головы разом. Последний враг уснул под весом стула самым первым.
Кровь от снесённых голов пролетела несколько метров, соскальзывая с клинка. Амелия Бэрроу вздрогнула, когда на её прекрасное лицо попало несколько капель. Как и Илона, той не повезло, на неё будто вылили целую кружку.
Фауст повернул голову. Сделал несколько шагов и ударил рукой в стену, пробивая её насквозь, будто картон и выхватывая бегущего по коридору Лафае.
Не удивительно, что Кромвель перепутал выход в незнакомом доме с путём, ведущим к кухне.
Благодаря встроенному рентгену, Фауст видел его перемещения.
— Быстро мы встретились, верно? Я даже не успел соскучиться.
Он снял шлем. Кромвель не представлял опасности.
