— Сказал же: просто предполагаю, — отмахнулся Ральф. — И подкидываю пищу для размышлений. Сама посуди: раз уж бездарная ведьма с Юга может решить твою проблему, то почему не человек, у которого есть способность?
Некоторое время Лили молчала.
— Что мне делать? — наконец осторожно спросила она.
— Убедить меня, что я должен тебе помочь. — Ральф пожал плечами и добавил, едва она подобралась: — По возможности без применения насилия.
Лицо Лили мгновенно перекосилось.
— Да ты просто издеваешься надо мной, — процедила она сквозь зубы. — Не знаешь ты никого. Обойдусь и без тебя!
— Боюсь, что нет. — Он улыбнулся.
— Да успокойтесь вы! — крикнул Деррик, отшвырнул кружку и добавил, обращаясь к Ральфу: — Слушай, а если я попрошу за нее? Да, тебе она никто, но мне ее жалко. Она не раз помогала, и… — Он на секунду запнулся, но продолжил уверенней, глядя на Лили: — И я виноват, Лили, что все это время не видел в тебе — тебя. Я отталкивал тебя…
— Ха! — только и сказал Ральф. Его саркастический тон не предвещал ничего хорошего, но почему-то Деррик был уверен, что просьба услышана.
Лили смотрела на него сияющими глазами — вовсе не такими, как рисовал Олли; не черными, будто зияющие дыры, а живыми, синими и печальными. Миг — и она схватила его за плечо и впилась в губы. Ошеломленный, он машинально дернулся назад и откинулся на спинку дивана. Рука Лили легла на его раскрытую ладонь. Воздуха перестало хватать, и он невольно открыл рот, неловко отвечая на поцелуй.
— Мне выйти? — подал голос Ральф.
Выдохнув, Деррик оттолкнул Лили.
— Что это значит? — Он чувствовал, как горят уши.
— Нельзя быть таким дураком, — сказал Ральф.
— Заткнись, — велела ему Лили и продолжила, обращаясь к Деррику: — Знаешь, а это не первый наш раз. Однажды я поцеловала тебя, пока ты спал.
— Напрасно ты думаешь, что ему не плевать, — ввернул Ральф.
— Может, тебе правда выйти? — предложил ему Деррик, еще сильнее заливаясь краской. Вот нашелся зритель и комментатор.
— С какой стати? — Тот скрестил руки на груди. — Я вроде как живу тут. Рад за вашу взаимность, но почему бы вам не убраться отсюда и не продолжить в другом месте?
— Ни о какой взаимности речи не идет! — отрезал Деррик и разозлился на себя и ситуацию: кому из них двоих он это объяснял и зачем?
— Извини. — Лили потупилась и осторожно взяла его за мизинец. — Я просто подумала, что ты не так часто на меня смотришь.
— Достаточно, — вмешался Ральф и ударил ее по руке, разрывая связь с Дерриком. — Ты сделала все, что хотела. А теперь проваливай отсюда.
Лили отшатнулась, быстро сунула ладонь в карман, вскинула на него глаза:
— И чем мне это поможет? Если я сейчас уйду, то не получу ни помощь с проклятием, ни Деррика. Ты просто хочешь отделаться от меня.
— Хорошо, а если останешься? — устало спросил Ральф. — Чего ты добьешься?
Ответом ему была легкая усмешка.
— Например, узнаю тебя получше?
— И кто из вас со мной говорит? — Ральф схватил ее за плечи и тряхнул. — Ты? Или так называемая «другая»?
Как ни странно, Лили не оказала сопротивления. Некоторое время они пристально смотрели друг на друга, не моргая; а потом Ральф разжал пальцы и отпустил ее. Она качнулась назад, будто кукла. Выпрямилась. Повернулась к Деррику, вынула руку из кармана и демонстративно уронила на пол перочинный нож. Ее губы жалко скривились, выдавая готовность зарыдать.
— Я ужасно себя чувствую, — только и сказала она. Потом переступила через свое оружие и побрела к выходу.
— Мы уезжаем на Север, — не выдержал Деррик. — Хочешь с нами? Мы придумаем, как помочь.
Она обернулась в дверях:
— Хочу. Но боюсь тебе навредить.
«А если я не против?» — чуть не сказал Деррик, но тут вмешался Ральф:
— Иди собирать вещи. И документы не забудь. Завтра на рассвете не придешь — ждать не станем.
Лили вышла, и он нарочито громко захлопнул и запер за ней дверь. Похоже, он просто нашел повод ее выпроводить, а возиться с проклятием не собирался. Условия ведь невыполнимы: разве она добудет за вечер разрешение на переход границы?
Разумеется, Ральфу решать, кому помогать, а кому нет. И все же его показное равнодушие неприятно задело сердце. Может, потому что было не чуждо самому Деррику? Он остановился глазами на Ральфе: да, потрепала его Лили изрядно. За воротом свитера угадывались синяки, ожог до сих пор не сошел. Должно быть, у него болело все тело. Вполне естественно, что он злился.
— Хватит смотреть на меня. — Ральф поежился. — Прямо сейчас я не могу ничего сделать. Во-первых, я ни разу не снимал с людей проклятия. Во-вторых, мне нужен отдых. Не хотелось бы умереть, пытаясь помочь одержимой девчонке.
С сердитым видом он забрался на диван с ногами и быстро завернулся в одеяло.
— Извини, — сказал Деррик и присел рядом.
— И еще, просто на будущее. — Ральф тяжело посмотрел на него. — Лучше не проси меня лечить кого-то, да еще так прямо и бесстыже. Сегодня чокнутая девица, завтра хромая собачка. Я свободен, ладно? Мы друг другу никто. Может, я и помог тебе, но я не готов надорваться ради толпы твоих странных друзей.
