— Джеймс Ки-Брас, сотрудник АБТ. — Англичанин вынул свою радужную карточку и продемонстрировал ее писателю. — Прошу вас, возьмите себя в руки. Ответьте нам, мистер Мондрагон, как получилось, что Иван, который вообще не должен был лететь с вами — поправьте меня, если я ошибаюсь! — попал на “Асгард”?
— Хороший вопрос, кстати, — заметил Фробифишер, вытиравший лицо тонким шелковым платком, расшитым орлами Федерации, — я ведь не разрешил вам брать Ивана с собой, но вы, очевидно, проигнорировали мои слова.
Сантьяго выругался.
— Пошли вы все в жопу, — сказал он почти трезвым голосом. — Все вопросы будете мне задавать только в присутствии моего адвоката. Тоже мне, гестапо сраное.
Он обогнул Ки-Браса и с упорством тяжелого танка двинулся по направлению к креслу. Англичанин схватил его за плечо.
— Не торопитесь, любезнейший, мы еще не закончили.
— Ну так закончим, — охотно откликнулся Мондрагон и, широко размахнувшись, ударил Ки-Браса в челюсть. Движения его были замедленны, как у всякого пьяного, и Джеймсу ничего не стоило отклонить корпус, а то и вообще отойти на шаг в сторону. Но он даже не пошевельнулся.
Кулак Мондрагона с тяжелым хрустом впечатался в скулу Ки-Браса. Голова англичанина мотнулась вбок, как у фарфорового болванчика. Сантьяго удовлетворенно хмыкнул и повернулся к охранникам, стеной стоявшим перед креслом Ивана.
— Пошли вон, мерзавцы, — приказал он.
Танака с любопытством наблюдал за этой сценой. Он уже начал догадываться, чем все закончится.
— Нападение на предъявившего удостоверение сотрудника Агентства по борьбе с терроризмом, — задумчиво произнес Ки-Брас, потирая ушибленную скулу, — в ходе специальной операции Агентства расценивается как террористический акт. Полковник Каррингтон, будьте добры, прикажите вашим сотрудникам арестовать этого человека.
Оскорбленную Саманту не пришлось просить дважды.
— Взять его! — отрывисто бросила она. — Немедленно! Преградившие путь Мондрагону секьюрити одновременно шагнули вперед и схватили его за руки. Кондратьев дернулся, пытаясь вскочить на ноги, но стоявший у него за спиной охранник тут же вцепился ему в волосы и с силой рванул голову арестанта назад. Иван издал сдавленный стон, но еще громче завопил Сантьяго, которому вывернули руки и прижали локти к лопаткам.
— Вам не кажется, что это уже слишком? — недовольно спросил Фробифишер. — Все-таки господин Мондрагон — известный писатель, занимающий видное место в высших кругах иерархии.
— Закон один для всех, мистер Фробифишер, — холодно отозвался Ки-Брас. — И никому не позволено его нарушать. Полковник, пожалуйста, утихомирьте арестованных. Эти крики мешают проводить расследование.
Саманта молча кивнула четвертому секьюрити, стоявшему в стороне с парализатором наготове. Тотчас в руках у охранника появился откуда-то серебристый баллончик аэрозоля. Он подошел к изрыгавшему ругательства Сантьяго и сунул ему в зубы раструб флакона. В кабинете запахло лавандой.
— Ублюдки! — заорал Мондрагон и внезапно затих. Глаза его расширились от ужаса. Танака видел, что писатель силится что-то сказать, но мышцы гортани уже не слушаются его. Сантьяго молча забился в руках охранников, напоминая огромную рыбу, неожиданно для себя оказавшуюся на берегу.
— Отец! — пронзительно вскрикнул Иван. — Отец! Секьюрити с аэрозолью шагнул к креслу и брызнул в лицо Кондратьеву какой-то взвесью. В следующее мгновение Иван исхитрился ударить его ногой в колено и попал так метко, что охранник зашипел от боли и согнулся, выронив баллон.
— Хватит! — отчаянно выкрикнула черноволосая Янечкова. — Прекратите издеваться над ними, слышите! Вы все помешались на своих террористах! Проклятые фанатики! Эти люди ни в чем не виноваты!
— Вы желаете сообщить Агентству какую-либо важную информацию? — немедленно повернулся к ней Ки-Брас. — Нет? Что ж, тогда могу только посоветовать вам держать свои эмоции при себе.
Стоявший рядом с девушкой араб наклонился к ней и прошептал ей что-то на ухо. Она досадливо покосилась на Ки-Браса, но промолчала.
— Итак, дамы и господа, — спокойно продолжал англичанин, — Сантьяго Мондрагон не только отказался сообщить нам, каким образом его приемный сын попал в число приглашенных на “Асгард” высоких гостей, но и напал на сотрудника Агентства в присутствии десятка свидетелей. Теперь мне хотелось бы узнать: может ли кто-нибудь из вас пролить свет на загадку Ивана Кондратьева? Например, вы, мистер Фробифишер.
— Вы, вероятно, неплохой крысолов, Ки-Брас, — с легкой брезгливостью отозвался Высокий представитель Совета Наций, — но в данный момент вы ловите крыс там, где их никогда не было. Я ничего не знаю о том, как попал сюда этот мальчишка.
— Благодарю вас. Может быть, вы, мисс Янечкова? Девушка медленно покачала головой. Танаке показалось, что в глазах у нее блестят слезы.
— Уважаемый господин консул?
— Я готов поделиться с вами некоторыми соображениями, — де Тарди с сомнением посмотрел на присмиревшего Мондраго-на, — но не о нашем юном друге, а скорее об изъятом у него кристалле. Полагаю, нам нужно поговорить в более спокойной обстановке.
