Шаги. Кто-то приближался к нему скользящим шагом хищника. Перед ним катилась волна агрессии, ненависти, смерти. Волна захлестнула Танаку, и он поднял голову.
— Что вам нужно, капитан? — равнодушно спросил Идзуми. Конечно же, он знал ответ. Но формальности следовало соблюдать.
— Вы мне должны, доктор, — ответил Хачкай. — Я потерял половину своих людей, вытаскивая вашего Кобаяси из Старой Краины, а вы меня предали…
Танака очень осторожно стащил с себя пиджак, свернул втрое и положил под голову Анне. Лицо девушки застыло и заострилось, дыхание стало редким и тяжелым.
— К вашим услугам, капитан, — произнес он, отряхивая брюки. Хачкай шагнул вперед и тут же сделал ложный выпад. Танака развернулся на каблуках, уводя истребителя подальше от Стойменовой. Краем глаза он увидел, как в дальнем конце зала приемный сын Мондрагона склонился над спеленутым террористом, которого Ки-Брас называл Зеро. Только этого нам еще и не хватало, подумал доктор, и в это время Ардиан прыгнул на него, метя кулаком в висок.
Танака легко ушел от удара, перехватил руку истребителя и резко присел, перебрасывая Ардиана через себя. Хачкай вывернулся, приземлился на согнутые ноги и ухмыльнулся, продемонстрировав Идзуми хищный оскал.
— Потанцуем, доктор?
Я убью тебя, подумал Танака. Я не хочу этого, но, видно, такова моя карма. Напрасно ты встал на моем пути, истребитель. Я ведь потратил на тебя немало времени…
Он вдохнул тяжелый, напоенный страхом и кровью воздух Белого Зала, резко выплюнул его сквозь сомкнутые зубы вместе со своей несвоевременной жалостью и, очистив таким образом душу, приготовился убить Ардиана Хачкая.
— Не теряй времени, парень, — посоветовал Басманов. — Если хочешь ей помочь, делай все быстро…
Белобрысый Иван вытащил из-за пояса великолепную “беретту” с посеребренной рукоятью.
— Ладно, я вас развяжу. Но если вы сделаете что-нибудь не так…
Ствол “беретты” нацелился Владу в живот. В животе немедленно заурчало.
— Знаешь, как развязывать “быструю сеть”? Где-то сзади, у меня на спине, есть отличающаяся по цвету нить. Если с силой потянуть ее в разные стороны, сеть лопнет сама собой…
— Ложитесь лицом вниз, — велел белобрысый. Влад послушно уткнулся носом в пол, незаметно разминая затекшие мышцы. Паренек подергал сеть, отчего ее острые нити еще сильнее впились в кожу Басманова, а затем что-то щелкнуло и путы сразу ослабли.
— Готово, — сказал парень мрачно. — Теперь вставайте и делайте ей эту вашу инъекцию, только живо…
Влад медленно поднялся, опираясь на левую руку. Повернулся к белобрысому — тот, не желая рисковать понапрасну, отошел на несколько шагов, по-прежнему держа “беретгу” на уровне пупка Басманова.
— Мне нужна аптечка, — предупредил его Влад. — Одну минуту…
Он, шатаясь, подошел к трупу круглоголового спецназовца и отцепил с его пояса стандартную аптечку. Легким скользящим движением подхватил “браунинг”, выпавший из мертвой руки, и засунул себе за пояс. Ствол в руке белобрысого опасно дрогнул, но Влад уже извлекал из аптечки инъектор с противотоком.
— Вот это и есть то, что нужно твоей девушке. А теперь смотри, как это делается…
Чтобы оценить ситуацию в зале, Басманову хватило нескольких секунд. Спецназовцы, рядившиеся под операторов, были мертвы — троих, включая круглоголового, застрелил Ардиан со своими бойцами, четвертого ударом в горло убил сам Басманов. В живых, кроме него, оставались бравый капитан Хачкай, белобрысый парнишка, его отец — одутловатый, нездорового вида брюнет в униформе сотрудника Генетического центра, склонившийся перед девушкой, которой требовалась помощь, и какой-то штатский, сидевший на полу посреди зала и бестолково крутивший головой. К условно живым Влад временно причислил и японца, показавшегося ему очень похожим на доктора Танаку. Японец, оскалившись и согнув ноги в широкой “стойке всадника”, не спускал глаз с танцующего вокруг него Ардиана.
Проще всего, конечно, было бы обезоружить белобрысого и, не теряя времени, прорываться к пульту. Когда на счету каждая секунда, становится не до сантиментов.
Но Влад, удивляясь сам себе, метнулся к девушке и, оттолкнув в сторону брюнета, прижал металлический цилиндрик к ее бедру. Легкий щелчок — и противошоковая сыворотка растворилась в крови девушки.
Она судорожно вздохнула, веки ее дрогнули. Одутловатый шагнул вперед и схватил Басманова за предплечье.
— Вы спасли ее! Спасибо, спасибо вам!
Влад коротко кивнул и, обернувшись к белобрысому, показал ему большой палец. Вот и все, подумал он, свой долг я тоже заплатил, теперь можно наконец заняться делом.
— Дана, — сказал паренек, подходя к девушке. — Милая… Милую те, Дана…
Басманов, перепрыгивая через неподвижные тела, уже спешил к перегородке, за которой располагался компьютерный терминал. Он был у входа в отделенную прозрачной стеной кабинку, когда сзади раздался негромкий хлопок выстрела.
