Это не просто война против пиратов - это месть. Лорд Беккет дал себе слово, что отныне в Карибском море не будет ни одного черного флага... Помешать его замыслу может только один человек - Воробей. Капитан Джек Воробей, и с ним у главы Ост-Индской торговой компании свои счеты
========== Глава I ==========
– Все это нужно выучить до завтра… – вздохнул юноша, в очередной раз взлохмачивая свои темные волосы. Невольный жест отчаяния, который он сам не замечал. Его слова никому не адресовались, поскольку он в комнате был совершенно один – не считая груды книг и конспектов, которые, возможно, и разделяли его напряжение, но хранили молчание.
Молодой человек уже несколько дней учил этот предмет, по которому у него завтра экзамен – последний экзамен. Что будет после, он не имел ни малейшего понятия…
Мысли о будущем еще никому не приносили радости, особенно студентам. Да, этот юноша уже достаточно хорошо знал жизнь, знал принципы, по которым живут те или иные люди, он даже успел изучить изнанку этой самой жизни – но как ему пробиться в то общество, о котором он мечтал, юный Катлер Беккет не имел никакого представления.
Какими были его мысли, и как далеко от них была реальность… Молодой человек внимательным взглядом окинул то убогое помещение, в котором ему приходилось жить – стены были темными от сажи и копоти, но благодаря этому на них по крайней мере не заметны трещины; по полу иной раз страшно пройти, а окно выходило на шумную улицу, где крики и брань мешали студенту сосредоточиться, заставляя его, неслышно ругающегося, уйти с книгами куда-нибудь в парк, в более тихое место. Однако все лишения он принимал молча – ведь что легко дается, то легко и теряется…
Грустная, блуждающая улыбка появилась на бледном лице студента – он столько лет учился на юридическом факультете, знал все, что ему могла дать программа; всегда был на несколько шагов впереди своих недалеких сверстников, однако… В том, как дешево ценится человеческий ум, молодой человек убедился довольно быстро. Большинство его однокурсников уже имели четкое представление, кем они будут после завтрашнего экзамена. У многих уже даже есть договоренность, какую оценку кто из них получит…
Неприятно смотреть, как люди, глупее тебя, устаиваются в жизни только благодаря фамилии. В Англии происхождение играло колоссальную роль, и это раздражало юного Беккета. У него было немного, очень немного тем, способных задеть его, но одну из них эти глупцы все-таки нашли. Да, им даже не пришлось напрягать свои немногочисленные извилины; происхождение всегда было больной темой для молодого человека. На протяжении всей жизни. Со временем он научился скрывать и это раздражение… Но как убежать от себя? Как можно научиться не чувствовать того, что все-таки имело значение?
У него было мало друзей среди однокурсников. Да и о чем ему было говорить с этими молодыми повесами, одержимыми вином и гонкой за доступными удовольствиями? Чувство отвращения охватывало Катлера, когда он наблюдал за такой жизнью. Он никогда не выражал свои взгляды вслух, но он очень четко уяснил их для себя; его время еще не пришло. Нечто похожее на зависть шевелилось в его душе, и он не считал необходимым с этим бороться. Ему было наплевать на те нравственные законы, которые велели человеку мириться с любой несправедливостью. Мириться… Он никогда не стал бы этого делать.
Его молчание было временным, равно как и обстоятельства его скромной студенческой жизни. Но в этой жизни не было места ничему, что могло бы отвлекать этого юношу от его цели, и мистер Беккет не чувствовал себя одиноким. В какой-то мере его даже радовал тот факт, что он не привязан ни к кому. Для иных это было проклятием, но для Катлера – свободой. А свою свободу он собирался продать как можно дороже.
Многих молодых людей, товарищей по учебе, отпугивала его скрытность – на самом деле это была целеустремленность. Он очень явственно представлял, чего хочет от жизни, и был готов любыми способами добиться желаемого. А для этого требовалось быть на несколько шагов впереди, знать больше, чем другие, но самое главное – уметь манипулировать. Эту истину Беккет понял очень давно…
Его детство проходило среди людей необразованных, но довольно простодушных; они не думали о власти, не размышляли о политике – они жили одним днем и радовались тому, что у них было. Катлер чувствовал брезгливую жалость к ним. Сам он мечтал поскорее вырваться из этого замкнутого круга, он жаждал испытать себя; молодой человек был уверен, что ему улыбнется удача. Да, ему нужна именно удача – в своих способностях юноша не сомневался.
Многие могут возразить на этот счет и вспомнить старое изречение «Где родился, там и пригодился», однако юный Беккет никогда не разделял этого мнения. Где-то глубоко внутри у него таилась страсть – пока неясное томление по чему-то несравненно большему, чему-то лучшему и более увлекательному, чем торговля. А эти люди… Да, за годы учебы Катлер только укрепился в своем мнении о том, что большинство людей удивительно глупы. Многие из них при этом мнят себя умными, и от этого вид у них еще хуже.
