Сказав это, вернее, промурлыкав, Балор полез под плащ. Пошебуршал там немного, повозился, таинственно глядя то на девушку, то на Прозора, и — оп! — вдруг достал точно такие же черные листы, которые венды нашли в Древней Башне. Только у кота было их больше: туго скатанный свиток выглядел толстым, как полено.
— Вот, Неждана. — Балор поклонился и протянул свиток богине. — Возвращаю тебе часть того, что было украдено из твоей земли. Кому, как не хозяйке Беловодья, поправлять их!
Богиня взяла свиток, развернула его и так же, как накануне вечером, принялась водить по черным листам тонкой рукой.
Под ней сгорали черные письмена, исчезали — будто были нарисованы на песке и их смывала вода — непонятные, но страшные рисунки. Неждана действовала споро и скоро закончила, но один лист в руках богини так и остался черным. На нем ничего изображено не было.
— Не понимаю, — растеряно протянула богиня, — с этим ничего не получается.
Балор вздохнул.
— И мы не понимаем. Этот лист достался нам пустым. Что на нем написано или изображено и было ли на нем что-либо вообще, мы не знаем.
— Ладно, и то что сделано, тоже хорошо, — улыбнулась Неждана. — Откуда ты их взял?
— Ох, и не спрашивай, богиня! — воскликнул Балор. — Сколько битв по мирам за них шло! Сколько голов сложено! И я пострадал — они нелегко мне достались.
— Знаю, Балор. Знаю, что твоя ипостась ныне в княжиче Добромиле воплощена. Но не бойся, мы его в обиду не дадим. Верно, Прозор!
Богатырь лишь растеряно хлопал глазами. В происходящем понимал он немного, но сейчас сообразил: княжич Добромил не просто мальчик, не просто человек. Он одно из воплощений этого рыжего кота. Хотя какой он к лешему кот! Это высшее существо, дух равный богам или, как назвала таких существ Неждана, демон!
— Как это получилось? — несмело сказал Прозор. — Добромил не человек? Зло из древнего болота шло за ним?
— Человек, человек! — засмеялся Балор. — Он так никогда и не узнает, в чьем воплощении пребывает. Просто когда-то мне довелось биться с сильным колдуном. Вот он и умудрился лишить меня одной из моих сущностей. Заклятье было таково: моя ипостась возродится в том, в ком течет кровь великого праведника и великого героя одновременно. Эта кровь течет в Добромиле.
— Ох, как сложно, — вздохнул Прозор. — Но ведь раз Добромил таков, так стеречь и оборонять его буду вдвойне сильней.
— Договорились, — муркнул кот и похлопал Прозора по плечу. Получилось не очень хорошо: Прозор богатырь, и уши Балора едва доставали ему по грудь. Коту пришлось встать на носки.
— Только было бы чем оборонять! — продолжил Балор. — Чую, серебра немало потратили, когда от нежити в Древней Башне отбивались. Кто это придумал, стрелы серебряными пластинками снаряжать?
Прозор пожал плечами. В самом деле, кто?
— Все придумали. Любомысл сказал, что серебро против нежити гораздо помогает. Велислав придумал его на пластинки нарезать, а Добромил свою рубаху на нити распустил.
— Еще серебро есть?
— Мало, — сожалеющее вздохнул Прозор. — Очень мало.
— Эх, — притворно закряхтел Балор и снова полез под плащ. — Как чувствовал, что когда-нибудь он понадобится. Все с собой таскал — думал на благое дело пустить. И вот вижу — на такое дело он и пойдет. Держи, друг!
С этими словами кот извлек на свет тощий потертый кошель. Ветхая материя его выглядела так, что казалось — дунь на нее, и прахом рассыплется! Балор же потряс его у своего уха, удовлетворенно кивнул и торжественно вручил дар Прозору.
Дружинник недоумевая взял обветшалый кошелек и смущенно завертел его между пальцев, недоумевая и чувствуя, как он легок и пуст.
— Да ты вовнутрь загляни! Заглядывай, заглядывай! Велик этот дар, не грозит тебе больше бедность! — прыснула Неждана. — Спасибо тебе, Балор!
— Не за что, богиня! — поклонился кот. — Пусть поможет этот подарок сильному воину! — заключил он торжественно.
Прозор несмело развязал стягивающие узкую горловину кошеля веревочки. Тянул и все боялся — вот-вот затрещит утлая ткань в его могучих руках. Но обошлось. Богатырь заглянул вовнутрь и увидел на дне сиротливо лежащую монетку. Он несмело извлек ее и завертел между пальцев, не зная, что делать дальше.
— Да ты ее оземь бросай! — смеялась Неждана. — Выбрось и другую доставай!
Прозор так и поступил, хоть и не в его привычке было серебром разбрасываться. Блеснув серебряным боком, точно рыбка, денежка затерялась в траве. Заглянув в кошель еще раз, дружинник увидел, что на его дне снова лежит такая же серебряная монетка. Он достал ее, бросил и, снова заглянув в кошель, извлек следующую. Лицо Прозора просветлело, и он отвесил Балору глубокий поклон.
— Благодарю тебя за чудный дар, друг! Понял я, не простой это кошелек: неисчерпаемо в нем серебра. Сколь хоть доставай! Эх, должник я твой! Да с этим серебром мы что хошь сделаем! И наконечники для стрел выкуем, и клинки для ножей, и…
Восторгу простодушного богатыря не было предела. В самом деле — воистину волшебный дар! Теперь с нежитью, что в Беловодье засела, гораздо легче совладать будет. Не придется больше стрелы и метательные ножи беречь!
