В верхнем левом углу протокола напечатано: «Потерянное время: 5 месяцев и 5 дней».
Это был тот самый документ, про который ему говорили коллеги-адвокаты. После долгих месяцев поиска он нашел «дымящийся пистолет», документ, бесспорно доказывающий, что время Билли в статусе условно-досрочно освобожденного истекло.
– Есть! – крикнул он.
Билли пробежал протокол глазами.
– Подпись Шумейкера! Это противоречит его показаниям.
– И не только. Это доказывает, что твое время в статусе условно-досрочно освобожденного действительно истекло!
Они быстро пошли в кабинет, где стоял ксерокс, и сделали с десяток копий.
– Возьму одну себе, – сказал Билли. – Мой билет на свободу!
Когда Сэнборн вернулся с обеда и занял место свидетеля, Кура изо всех сил сдерживался. Его преподаватель на юрфаке как-то сказал: «Когда у тебя для перекрестного допроса есть материал, который уничтожит свидетеля, ты спокойно ведешь его вопросами, он все отрицает, включая то, что сказано в твоем документе. А потом ты предъявляешь документ, который камня на камне не оставит от его показаний. Для адвоката на суде нет большего удовлетворения. Это минуты, о которых мечтают, которых ждут всю жизнь».
У Куры в руках был «дымящийся документ», и он его предъявил.
Семь недель спустя Билли появился в зале суда перед судьей С. Говардом Джонсоном в черной футболке с надписью «Терминатор 2: Судный день».
Судья Джонсон попросил присутствующих адвокатов представиться для протокола, и они по очереди вставали и называли свое имя. После этого Кура встал второй раз и добавил:
– …и дух Гэри Швейкарта.
Судья Джонсон кивнул.
Джонсон зачитал для протокола последнее заключение Департамента психиатрии, поднял глаза и произнес:
– …Мистер Миллиган, исходя из вышесказанного, не страдает на момент составления этого заключения серьезным психиатрическим расстройством, и нет никаких оснований полагать, что он представляет опасность для себя или окружающих. Психиатры пришли к заключению, что пребывание в больнице ему более не требуется. Все данные свидетельствуют о том, что он совершенно здоров и продолжительное время демонстрирует одну доминирующую личность.
Первого августа тысяча девятьсот девяносто первого года, в четыре часа дня, судья С. Говард Джонсон вынес решение, согласно которому Билли Миллиган выходил из-под психиатрического наблюдения и статуса подследственного.
Билли встал. Вокруг столпились друзья и доброжелатели. Они хлопали его по спине и пожимали руку. Он направился к выходу, сначала медленно, с достоинством свободного человека. Потом не выдержал – и побежал.
