Войны новых технологий полностью

Д. Дондурей подчеркивает технологическую непродуктивность существующих в России политической и экономической модели [3]: «В России никогда не было нескольких ветвей власти – всегда только одна – у государя. Тотально и мощно. И это доказывает эффективность работающей здесь культурной, а следовательно, политической и экономической модели, то есть „России-1”. Симпатии большинства людей всегда на стороне именно этой культуры, потому что именно она их формировала. Продолжает делать это с блеском. Со времен Владимира Ясно Солнышко до Владимира Владимировича Путина народ на стороне власти, до очередной смуты, конечно. Если бы в допетровской России проводились социологические опросы, они, полагаю, показали бы, что 90 % россиян поддерживают действующего властителя. Доминирующая культура („Россия-1”) периодически, часто умело, использует возможности западной цивилизации, приоткрывает границы-окна для идей, людей, товаров, заимствует те или иные технологии. Сталинская модернизация – пример политики такого рода: довести крестьян до смерти, чтобы, заплатив золотом и зерном за зарубежные станки, модернизировать отсталое производство. Проблема „России-1” именно в ее гуманистической, а, следовательно, технологической непродуктивности: лучше всего она может заставлять, обманывать, заимствовать и прививать, но не может регулярно, без мобилизации создавать в больших количествах нечто конкурентоспособное. Именно поэтому ей периодически нужна „Россия-2”, ориентированная на европейские ценности».

Анализируя послание Путина, Д. Дондурей выносит из него следующие базовые смыслы [1]:

• разочарование в европейских моделях устройства мира;

• продвижение понятия государство-цивилизация, которые впервые пишется как одно слово, через дефис;

• возникло понятие «национальные культурные коды», демократия в результате становится не просто властью большинства, а некого русского начала;

• низкая эффективность государства, что особенно беспокоит Путина.

Идея государства-цивилизации, государства-крепости давно витает над Россией. Это не изобретение Путина. Последнее время на эту тему написано множество публицистических работ (см. некоторые из них [4–6]). В этой же области лежали и «изобретения» последнего времени в виде концепта, например, «суверенной демократии». Ее можно понимать только как такую особую форму демократии, которая больше нигде в мире не встречается, потому западные замечания для нее несущественны.

ВЦИОМ назвал три причины, по которым Путин нравится россиянам [7]. Первым пунктом стоит Крым, поскольку, с точки зрения россиян, Путин из политика тем самым перешел в категорию исторического деятеля. Вторая причина – противостояние с Западом, здесь Путин становится защитником. Третья причина – отсутствие альтернативы.

Очень интересно, что если мы, а не ВЦИОМ проанализируем те причины, то получается, то все они рукотворные. Они как бы специально создают те контексты, где Путину уготовано место победителя. А это вполне может означать, что их делают специально для него.

Г. Павловский, по сути, и говорит о рукотворности подобных мифов [8]: «Путин не был создан. Но в каком-то смысле он сам в первую очередь и вся его команда, я в том числе, участвовали в создании „мифа Путина” и „мифа единой России”, встающей с колен. Мифа стабильности и мифа управляемой демократии».