Мой враг думал, что переиграл меня и похитил великого князя, но он ошибся. Я был на шаг впереди, и теперь мсье Локонте угодил в мою ловушку. Одно за другим этот спрут потеряет все свои щупальца: свою тайну, своё положение в обществе, свободу и жизнь. Но та тьма, которой он освободил путь, уже распростёрла крылья над моим миром. А значит — грядёт новая битва.Финальная книга цикла.
— Примите мои поздравления, многоуважаемые Вениамин Павлович и Нина Романовна, — Витман склонился в учтивом поклоне. — Как говорят в народе, совет вам да любовь!
— Благодарю, Эрнест Михайлович, — присела в вежливом реверансе Нина.
Она, к чести представительницы рода Барятинских, взяла себя в руки быстрее, чем это сумел сделал её молодой супруг.
— Я слышал, вы отбываете в свадебное путешествие? — продолжил светскую беседу Витман.
— Ах, ну какие теперь могут быть путешествия… — Нина обернулась к дому — недоуменно глядящему на мир пустыми провалами окон. — Вы же сами видите, что творится.
— А я вот слышал, что взрыв во время свадьбы — это к счастью, — объявил я.
— В самом деле? — удивилась Нина.
— Да-да, — неожиданно подхватил мою бредятину Витман, — мне тоже доводилось слышать о такой примете.
— Не вижу повода отказываться от свадебного путешествия, — продолжил я. — Вы так долго ждали этого события! Наслаждайтесь медовым месяцем. А тут мы уж как-нибудь сами разберёмся.
— Но… — начал было дед.
— Я совершенно уверен, что государь окажет вам всяческое содействие, — ухватив деда под руку, зарокотал Витман. — Взрыв в доме Барятинских, во время свадебного торжества — это неслыханное злодейство! Вопиющая наглость. Вот увидите, не пройдёт и двух дней, как понесенный вами урон будет полностью компенсирован. Ваш особняк восстановят — лучше прежнего!
Витман рокотал дальше, а я посмотрел на начальство с благодарностью.
Разумеется, с момента взрыва не прошло и получаса, как Витман собственной персоной нарисовался у наших ворот. Ошалевшие гости к тому времени частично уже разошлись, частично продолжали расходиться. Нина, как была, в фате и подвенечном платье, закончила метаться между пострадавшими, залечивая синяки и ссадины, и устало опустилась в кресло.
Кресло я притащил на террасу из библиотеки — в столовой и гостиной сидеть было больше не на чем, мебель разлетелась в щепки. Молодой супруг замер за спинкой кресла, глядя на Нину влюбленными глазами. Он, кажется, единственный из всех присутствующих не задавался вопросом, что тут вообще произошло. Предмет его обожания был цел, невредим, находился рядом — а больше Вениамину Корфу для счастья ничего не требовалось.
Федот, вместе с медведем, в суматохе аккуратно утёк — не забыв перед этим шепнуть мне на ухо, где его искать в случае чего. В моей комнате суетились люди Витмана, изображающие бурную деятельность. Надя выпроваживала последних гостей… В общем, все были при деле. А я терпеливо дожидался, пока Витман закончит дипломатическую работу и убедит деда и Нину в том, что никаких препятствий для отправления молодых в свадебное путешествие нет.
Ну, взрыв. Вокруг нас постоянно что-то взрывается, такая уж нынче пошла беспокойная жизнь. И что же теперь — отказываться от своих планов?..
На осторожный вопрос деда, что произошло с великим князем и куда он подевался, Витман со своей фирменной непроницаемой улыбкой ответил, что с сего момента сей предмет — целиком и полностью забота тайной канцелярии. Не извольте беспокоиться, дражайший Григорий Михайлович, ситуация под контролем.
Не знаю уж, хватило у Витмана наглости применять к представителю древнейшего рода, входящего в Ближний Круг, технику убеждения, или же он сумел обойтись собственными обаянием. Но, как бы там ни было, примерно через час после приезда Витмана в Барятино успокоенные дед, Надя и молодые благополучно отбыли в Петербург, в наш городской особняк — отдыхать и приходить в себя. А мы с Витманом, на его автомобиле, отправились в тайную канцелярию.
Я впервые увидел, как моё непосредственное начальство попадает в свой кабинет.
— Обождите здесь, — попросил меня Витман, остановившись у двери, — буквально секунду, — и прошёл сквозь дверь.
Через секунду действительно щёлкнул замок.
— Входите, Константин Александрович, — раздалось у меня над ухом. Откуда шёл голос — я не понял, наверное, из какого-то магического устройства.
Тяжёлая дверь сама собой распахнулась. Я вошёл. Спросил:
— Соблюдаете предосторожности?
— Приходится, — Витман уселся за стол. — Без моего личного разрешения в этот кабинет не может зайти никто… Располагайтесь, капитан.
Я плюхнулся в одно из кресел, давно его облюбовал. Ко мне, уже без вопросов со стороны Витмана, подплыла серебряная сигаретница.
— Докладывайте, — закурив и дождавшись, пока закурю я, потребовал Витман.
Я принялся докладывать.
В целом, о планируемой операции Витман был осведомлен. Но некоторых её деталей не знал. Я сказал, что планирую подсунуть Локонте вместо цесаревича другого человека. Но о том, что этот человек — Мишель, и прочих подробностях умолчал. Сейчас, когда похищение состоялось, уже не было смысла ничего скрывать.
— Итак, подведём итоги, — дослушав меня, сказал Витман. — В настоящее время великий князь находится в гараже у вашего знакомого в Чёрном городе…
