В это время полковник Стратос, срочно прибывший на место происшествия, и только что выслушавший подробный доклад Марка, сидел в небольшой комнатке в гостинице неподалеку, и лихорадочно размышлял. Картина вырисовывалась нерадостная. Денн потерял свой мех, причем нет даже остатков машины, позволяющих доказать, что это произошло действительно в бою, фиксирующая сражение аппаратура погибла вместе с мехом. А аппаратура «Леопардов» и «Мастодонта» не зафиксировала вообще ничего, магическая пленка с самого начала боя была как будто засвечена. Получалось, что доказательств никаких не осталось. Руководство Т-легиона отличалось изрядной паранойей, и даже предположение с их стороны, что Денн сбыл машину Эльфам, Гномам или какому-то конкурирующему клану, могло стоить пилоту жизни. В то же время Денн был прекрасным водителем меха, он обладал огромным потенциалом. Да что там говорить, он напоминал Стратосу его самого, в молодости. Полковник тоже рано потерял своих родителей, также прошел детский дом и учебку, поэтому с самого начала проникся к молодому пилоту симпатией, которую очень успешно скрывал. Внешне это всегда проявлялось в его повышенной требовательности к пилоту, и в зачастую излишне жестких наказаниях, в случаях, когда тот в чем-то ошибался. Полковник не мог позволить себе потерять одного из лучших бойцов, и в то же время по законам военного времени Денн должен был пойти под трибунал. Оставался, впрочем, один выход, но согласится ли водитель меха? Очень неприятный выход, надо сказать…
- Пойми, Денн, это действительно единственный выход. У нас нет никаких доказательств, что твоя машина действительно погибла в результате действия нового и неизученного плетения. Не осталось даже твоего кресла, чтобы подтвердить, что ты катапультировался, в него был встроен магический регистратор, который мог бы доказать твою невиновность. Орк мертв, мы могли бы считать информацию и с мертвого мозга, если бы таковой наблюдался, а с живого, как ты знаешь, считывать нельзя – сведения мы получим, но испытуемый остается идиотом. Мы ни разу еще не сталкивались с заклинанием, которое уничтожает машину целиком. Я тебе верю, твои слова подтверждают Марк и Виктория, но вот мое руководство – едва ли.
- Стратос, поймите, я не хочу уходить из пилотов в пехоту, для меня это подобно смерти.
- Так у тебя остается хотя бы шанс проявить себя и получить новый мех. Ты же знаешь правило «Один пилот – одна машина», роботы очень дорогая игрушка. Вряд ли тебе доверят нового, это если не считать возможности твоего наказания за подобную беспечность. Могут и дезинтегрировать, в назидание остальным.
- Командир, я всю жизнь в Легионе, я уничтожил просто массу наших врагов, и никогда не давал поводов в себе усомниться! Знаете, вся эта ситуация напоминает мне пробу пера, как будто на нас испытывают какое-то новое оружие. И я на себе испытал его действие! Да что там говорить, даже трансформированный орк – это сенсация!
- Наши ученые ломают себе головы, как такое могло произойти, в теле орка не нашли никаких, повторяю – никаких изменений! А записей трансформации нет, нам даже оправдать расход плазмы нечем. Но я думаю, что яйцеголовые рано или поздно разберутся, что же там произошло. А ты решай, пехота – не так и плохо, загладишь свою вину. Я понимаю, тебя всю жизнь готовили как элитного пилота, способности позволяли. Простая пехота – все равно что выгребная яма, но это лучше смерти. Впрочем, думай сам. Я командир, а не нянька.
Денн не согласился добровольно переходить в пехоту и попал под трибунал. Предчувствия Стратоса оправдались – Генералы Т-Легиона были очень недовольны произошедшим. Была еще одна странность –Викторию и Марка вообще отказались слушать, Денну тоже не дали сказать слова в свою защиту. Сначала Денна хотели казнить, но, учитывая его прошлые заслуги и заступничество Стратоса, сослали в штрафной взвод, подразделение пехоты, стоящее на самой нижней ступени воинской иерархии. В народе штрафников неофициально называли каторжниками, уж больно тяжелая и грязная была у них работа. А вот дисциплина в данном подразделении немало хромала…
Денна привезли на малой антигравитационной платформе «Дельфин» на территорию лагеря штрафников, зрелище было маловоодушевляющим – никакой видимой охраны, хотя пара сторожевых вышек наблюдалась, земля в мелких металлических обломках, в целом все какое-то серое и унылое.
Штрафники всегда занимались самой грязной работой – на них было обустройство территории, обезвреживание ловушек, возведение ограждений и жилищ для вышестоящих и тому подобное. Однако свой лагерь они почему-то не оградили.
- Ну ладно, пока, Денн. Держись тут – сказал седой сержант, который сопровождал Денна и еще нескольких проштрафившихся воинов. – Мы дальше поехали, ребята в другие лагеря едут… здесь за главного старший сержант Корт, но он пока в отъезде, через неделю только будет, не забудь ему доложиться. Кто тут сейчас за главного – не знаю, выяснишь. Будь осторожен, конкретно об этом лагере ходят всякие нехорошие слухи.
