– Ты шутишь?! – Илья даже похолодел. – Такие мучения даже императора Калигулу – кстати, я слышал, он уже очень давно здесь не появлялся – превратит в праведника. У меня давным-давно и в мыслях нет, чтоб совершать новые подлости. Я теперь прекрасно понимаю – нельзя желать другому того, чего не хотел бы для себя. Нельзя осуждать человека, если ты ничего о нем не знаешь, и тебе неясны мотивы его поступков. Нельзя мешать людям жить, нельзя ставить на их пути препятствия, если люди эти не замышляют ничего плохого. И уж тем более – ни в коем случае нельзя обличать кого-либо в чем-то, если этим ты и сам тайком занимаешься. Ведь наказание за все это может быть ужасным. Мне-то еще повезло, можно сказать. Меня всего лишь полосуют когтями, да лезвиями алебард. А вот есть тут у нас один Левка – я его, кстати, знал при жизни – так его каждый день швыряют в чан с голодными крысами! Правда, он даже после этого не собирается исправляться. Говорит, что и в следующем своем земном воплощении будет заниматься тем же самым. Говорит, что хочет наслаждаться вечно, любой ценой. Это значит, что он проведет в Аду долгих сто тысяч лет. Такой здесь установлен срок для неисправимых, закоренелых грешников.
В это миг сзади что-то зашуршало, стукнуло. Николай мгновенно развернулся, выставив перед собой пистолет. Но то, как оказалось, лишь маленький камешек упал на тропинку с горы.
– Не паникуй, – усмехнулся через плечо Илья. – Демоны сейчас только приближаются к месту, где мы с тобой познакомились. Я сразу скажу тебе, если они объявятся где-нибудь поблизости от нас.
– Знаешь, а я читал кое-что про Ад, – сказал Николай. – Еще до армии. Кажется, Данте написал…
– Ну да, – не оборачиваясь, кивнул Илья. – Данте Алигьери, "Божественная комедия". При жизни я был большим знатоком этой книги. Да вообще знатоком литературы. Мог абзацами цитировать Достоевского, знал наизусть многие рассказы Михаила Веллера… Правда, все это было мне нужно лишь для того, чтоб охмурять впечатлительных барышень, да демонстрировать свое ложное интеллектуальное превосходство над теми, кого я считал ниже себя… Эх, сейчас даже стыдно. Книги-то действительно хорошие.
– Да-да, насчет Данте я согласен, – сказал Николай. – Достоевского со школы не люблю, а про Веллера вообще раньше никогда не слышал. Там, у Данте этого, написано, что Ад – это колоссальная воронка, состоящая из концентрических кругов, и ее центр упирается в центр Земли. А на самом деле как? Действительно ли есть на Земле некая яма, прыгнув в которую, можно попасть точнехонько в Преисподнюю?
– Ну, не совсем так, – ответил Илья. – С Земли, конечно, сюда попасть напрямую можно – да ты и сам имел возможность в этом убедиться. Обычно те, кто желает попасть из Преисподней на Землю, или наоборот, пользуются магическими порталами. Но есть и несколько постоянных стационарных проходов, которыми, при случае, сможет воспользоваться даже простой человек, не владеющий магией. Что же касается местоположения Ада, то он, конечно же, находится не внутри Земли. Это отдельное измерение. Просто входы в него обычно расположены в подземельях, потому и возникло такое заблуждение.
– А где конкретно расположены эти проходы, ты не знаешь? – поинтересовался Николай.
– Нет, – покачал головой Илья. – Поговаривают, что один из них находится где-то в горной гряде Гималаев, но правда то или нет – мне неведомо. Я ведь обычный грешник, и все, что я знаю, известно мне из слухов и сплетен, курсирующих по Преисподней. Знания эти передаются здесь, так сказать, "из поколения в поколение", – усмехнулся израненный пленник Ада, – контингент-то все время сменяется. Правда, кое-кто попадает сюда с завидным постоянством. В общем, даже если кто-то из нас и узнает вдруг о внутреннем устройстве Ада абсолютно все, применить это знание на практике он все равно не сможет.
– Но почему?
– Да потому, что мы – мертвые грешники, – горестно вздохнул Илья, – и самое большее, что мы могли бы здесь устроить – так это подраться стенка на стенку между собой. А когда срок нашего наказания истечет, и мы вернемся на Землю в новых перерождениях, память о горьких днях, проведенных здесь, будет стерта. Жизнь была бы слишком проста, если прошедшие через Ад все время помнили бы об этом.
– Ну а если бы, к примеру, человек с Земли, побывавший в Аду и сумевший выбраться отсюда живым, попытался вернуться обратно? – спросил Николай.
– Тогда, наверное, может получиться. Я так понимаю, ты себя имеешь в виду?
Ветров кивнул.
– Но, помилуй, зачем же тебе это?! – подскочил Илья. – Зачем по доброй воле стремиться в Ад, где нет, и не может быть ничего хорошего?!
– Несколько минут назад ты сказал, что демоны готовят вторжение на Землю, – сказал Николай. – Так вот, я один из тех, кто собирается его предотвратить. И, как советские воины-освободители в свое время не стали останавливаться, отбросив фашистов от своих границ, а пошли штурмовать Берлин, так и мы не будем ограничиваться отражением их атаки. Соберем штурмовые отряды, спустимся в Преисподнюю и раздавим врага в его ненавистном логове!
