В этот момент появился Филп Асмусса. Его мокрые от пота черные вьющиеся волосы прилипли ко лбу и вискам. Черные глаза, которые он таращил после бессонной ночи и жестокой ментальной борьбы с существом в зеленом бурнусе, удовлетворенно сверкали. Красивый мужчина! — подумал Тиксу. Все его движения выдавали благородное происхождение. Он был из того же круга, что и сиракузянка. На него она бы глянула по-иному…
— Видите, воин! Девушка здесь и жива! — воскликнул Лоншу Па. — Они перебили друг друга, чтобы завладеть ею. Сорняки уничтожили сами себя. Нам остается лишь сорвать цветок!
— Вы жаждете поздравлений, рыцарь? Я вас благодарю! — презрительно бросил Филп Асмусса.
Напряженные отношения между этими двумя людьми не ускользнули от внимания Тиксу, хотя по титулам он сразу понял, что они принадлежали к Ордену абсуратов. Как любой уроженец миров, входящих в Конфедерацию Нафлина, он не раз слышал хвалы достоинствам и заслугам Ордена. На Оранже приукрашенная история абсуратского рыцарства вот уже три стандартных века входила во все школьные программы. Вмешательство абсуратов грозило смертью врагам Конфедерации.
— Давным-давно прошли те времена, когда я стремился к благодарностям! — возразил Лоншу Па. — Просто замечу, вы не были согласны с моим планом. И чтобы покончить с благодарностями, скажу, что качество ваших услуг оказалось не на высшем уровне! Ваш крик смерти потерял целостность во время борьбы с последним противником: представьте себе, что он был бы вооружен, и вынесите заключение сами…
— Я победил. Это главное! — Филп Асмусса защищался, его уязвили слова рыцаря.
— Главное — не предавать Кси!
— Не ради оправдания скажу… у этого существа был необычный менталитет… Признаю, он меня дестабилизировал… Мой крик постепенно притуплялся, словно… уходил в пустоту. Невероятную, безмерную пустоту, которая была обширнее моего Кси… Я даже удивился, когда он упал. У меня не возникло привычных ощущений…
— Я вас не порицаю, — сказал Лоншу Па. — Просто хочу показать вам, что изредка неплохо прислушиваться к более опытным людям… Но мы еще не выпутались из неприятностей: этой ночью разграбили лавочку Крауфаса. Один из информаторов предупредил меня по волнофону. Деремат Ордена уничтожен…
— Вы не знаете никого, кто мог бы нам помочь?
— Увы, нет! — ответил рыцарь, пожав плечами.
Тиксу нарушил молчание, на которое его обрекли абсураты, говорившие между собой и не замечавшие его.
— Я знаю, где есть деремат! — робко прервал он их.
Рыцарь и воин повернулись к нему.
— Вы? — удивился Лоншу Па.
Филп Асмусса вдруг осознал присутствие оранжанина.
— Кто вы такой? — хрипло и почти угрожающе выкрикнул он.
— Тиксу Оти с Оранжа. Я… соплеменник и друг франсао Майтрелли. Перед смертью он сообщил мне код доступа к личному деремату…
— Откуда вы знаете эту девушку? И как узнали, что ее преследуют притивы? — спросил Лоншу Па.
— Все просто — именно я позволил ей перебраться с Двусезонья на Красную Точку, — ответил Тиксу. — А потом мне пришлось иметь дело с ее преследователями… Некий… любопытный опыт дал мне возможность осознать ее… огромное значение для жизни… Для Вселенной… и для меня…
— Все, что вы рассказываете, выглядит выдумкой! — с раздражением рявкнул Филп.
Тот же вызывающий вид, что и при первой встрече с рыцарем.
— Вас в монастыре перестали обучать умению различать акцент истины? — прошипел Лоншу Па. — Перестаньте подозревать всех и вся — никто не собирается отнимать у вас вашу драгоценную истину, воин!
Недовольный отповедью рыцаря, сделанной в присутствии человека, не принадлежащего к Ордену, Филп резко отвернулся и склонился над Афикит, чьи стоны прекратились. Она заснула и во сне выглядела спокойной.
— Она красивее вблизи, чем издали, — не сдержал вздоха воин, глядя на лицо девушки.
Хотя Филп произнес эти слова вполголоса, Тиксу расслышал их. Жгучая ревность охватила его. Он чувствовал, что стоит ниже воина, не имея его силы и осанки. Он вновь стал простым смертным, Тиксу-неудачником с Двусезонья, который топил свое ничтожество в мумбе.
— Вы можете провести нас к деремату франсао? — тихим голосом спросил рыцарь.
— Аэрокар вышел из строя…
Тиксу сожалел, что заговорил о деремате Майтрелли. Даже если сиракузянка играла важнейшую роль для Ордена и Конфедерации, он не мог заставить себя выйти из ее жизни. Жалкое иррациональное чувство, чистый эгоизм, но в это мгновение он не испытывал ничего другого. За один стандартный день, наполненный событиями, она заняла такое место в его жизни, что пропасть предстоящей разлуки сводила его с ума.
— Посмотрим, не слишком ли повреждено такси! — воскликнул рыцарь.
Он выпрыгнул из люка аэрокара, достал из кармана сутаны фонарик и просигналил в сторону такси, висевшего темной точкой в бледном свете зари.
Через несколько минут машина села на крышу базы. Из кабины управления выпрыгнул Крауфас. Его глаза округлились от ужаса, когда он увидел количество обезглавленных трупов на металлической поверхности.
— Все нормально, рыцарь? — обеспокоенно спросил он. На тонких губах Лоншу Па появилась улыбка. Бесценный
