«Мужчины пусть идут в баню сообща во вторник, четверг и субботу; женщины идут в понедельник и в среду; и евреи идут в пятницу и в воскресенье; ни мужчина, ни женщина не дают больше одного меаха при входе в баню; и слуги как мужчин, так и женщин ничего не дают; и если мужчины в женские дни войдут в баню или в какое-либо из зданий бани, пусть платит каждый десять мараведи; также платит десять мараведи тот, кто будет подглядывать в бане в женский день; также если какая-либо женщина в мужской день войдет в баню или будет встречена там ночью, и оскорбит ее кто-либо или возьмет силой, то не платит он никакого штрафа и не становится врагом; а человека, который в другие дни возьмет силой женщину или обесчестит, надлежит сбросить».
Тут говорится не о том, что баня разрешена или запрещена — наоборот, поход в баню по умолчанию считается чем-то само собой разумеющимся. В «Фуэро Куэнки» оговариваются этические нормы и повседневные правила посещения бани. Раздельное мытье мужчин и женщин, посещение бани евреями — учитывается, что в субботу исповедующие иудаизм мыться не могут. Плата за услуги. Штраф за нарушения: понятно, что женщина, заявившаяся в баню в мужской день или ночью, сильно рискует, и в целом, если случится что-то нехорошее, то сама виновата…
В качестве очередной иллюстрации процитируем Лео Мулена, отрывок из книги «Повседневная жизнь средневековых монахов Западной Европы (X–XV вв.)»:
«…В аббатстве Сен-Галль бани располагались рядом со спальней, и в них мылся каждый, кто хотел. Однако час, день и сам процесс мытья были строго регламентированы. Монахам предписывалось раздеваться как в спальне, то есть по правилам целомудрия (чтобы лучше соблюдать эти правила, монахи и стали носить нижнее белье). Им не разрешалось опаздывать в баню. Вымывшись, монахи надевали выданное им чистое одеяние и возвращались в монастырь. Вся процедура проходила под наблюдением старшего брата, „благочестивого и целомудренного“.
Помимо мытья в банях (правила посещения которых, как мы уже видели, были самыми разнообразными), монахам предписывалось мыть руки перед едой и после еды; после сиесты; перед тем, как отправиться на хоры для совершения утрени; после мессы (в аббатстве Флери горячей водой мыли и руки, и ноги); перед тем, как совершить омовение ног тринадцати бедным в Чистый четверг на Страстной неделе.
Сборник обычаев аббатства Бек упоминает слово „умывание“ („ablotorium“) более пятнадцати раз. Существовал специальный удар в колокол, возвещавший о том, что готова вода для умывания (об этом говорится в сборниках Бек и Эйнсхема). У мирян „звонить к воде“ означало время обеда».
Вернемся, однако, во Францию, где банный бум достиг наивысшего расцвета в XIII веке — ничего подобного в бывшей провинции Галлия не видели со времен Древнего Рима с его бесчисленными термами.
