Два дня тому назад Фикс получил от директора столичной полиции приметы предполагаемого вора — того почтенного, хорошо одетого джентльмена, который был замечен в платежном зале банка в день кражи.
Вполне понятно, что сыщик, весьма прельщенный большой наградой, обещанной за поимку вора, с нетерпением ожидал прибытия «Монголии».
— Вы говорите, господин консул, что пароход не может опоздать? — в десятый раз спросил он.
— Не может, мистер Фикс, — ответил консул. — Он вчера был отмечен вблизи Порт-Саида, а оставшиеся его шестьдесят километров по каналу для такого судна — сущие пустяки. Говорю вам, «Монголия» всегда получает премию в двадцать пять фунтов, которые правительство выдает за каждые выигранные против расписания сутки.
— Этот пароход идет прямо из Бриндизи? — спросил Фикс.
— Прямо из Бриндизи, где он забирает индийскую почту. Оттуда он вышел в субботу, в пять часов дня. Имейте терпение, он не может опоздать. Но я, право, не понимаю, как вам удастся на основании полученных примет изловить вора, если он находится на борту «Монголии».
— Э, господин консул, — отвечал Фикс, — этих людей узнаёшь чутьем. Надо иметь особый нюх, особое чутье, которому помогают слух, зрение и обоняние. За свою жизнь я арестовал немало подобных джентльменов, и если только мой вор сейчас на борту парохода, он, уверяю вас, не ускользнет у меня из рук.
— Я был бы очень рад, мистер Фикс, так как дело касается крупной кражи.
— Великолепной кражи! — ответил с восторгом агент. — Пятьдесят пять тысяч фунтов стерлингов! Нам не часто попадаются такие случаи. Вор теперь мельчает. Он идет на виселицу ради нескольких шиллингов!
— Мистер Фикс, — ответил консул, — вы говорите так убедительно, что я от всего сердца желаю вам удачи, но снова повторяю: я боюсь, что при подобных условиях это слишком трудное дело. Знаете ли вы, что по имеющимся у вас приметам этот вор вполне похож на честного человека?
— Господин консул, — наставительно произнес полицейский, — крупные воры всегда похожи на честных людей. Вы, я думаю, понимаете, что тому, кто походит на мошенника, ничего не остается, как быть честным человеком; в противном случае его сейчас же арестуют. Честные физиономии — самые опасные. За ними надо следить внимательнее всего. Работа трудная, я согласен, но это скорее искусство, чем ремесло.
Как видно, сыщик Фикс не был лишен известного самомнения.
Между тем набережная понемногу оживала. Моряки разных национальностей, коммерсанты, маклеры, носильщики, феллахи[26] толпились у пристани. Чувствовалось, что скоро должен притти корабль.
Погода была довольно хорошая, но холодная, дул восточный ветер. Несколько минаретов вырисовывалось над городом под бледными лучами солнца. Мол длиной в две тысячи метров, словно рука, тянулся на юг по рейду Суэца. По Красному морю плавало несколько рыбачьих и каботажных судов[27]; некоторые из них сохраняли в своих очертаниях изящные пропорции античной галеры[28].
Бродя в толпе, Фикс, по профессиональной привычке, быстрым взглядом окидывал каждого прохожего.
Было половина одиннадцатого.
— Этот пароход не придет! — воскликнул он, услыхав бой портовых часов.
— Он уже близко, — ответил консул.
— Сколько времени простоит он в Суэце? — спросил Фикс.
— Четыре часа: он берет уголь. От Суэца до Адена, находящегося на другом конце Красного моря, — тысяча триста десять миль, так что надо как следует запастись топливом.
— А из Суэца корабль направляется прямо в Бомбей? — спросил Фикс.
— Да, прямым рейсом.
— В таком случае, если вор избрал этот путь и плывет на «Монголии», то, несомненно, он предполагает высадиться в Суэце, чтобы достичь голландских или французских владений в Азии. Он должен хорошо понимать, что Индия — английское владение и для него небезопасна.
— Да, если он не мастер своего дела, — заметил консул: — как вы сами знаете, английскому преступнику всегда легче скрыться в Лондоне, чем за границей.
После этих слов, заставивших агента задуматься, консул вернулся к себе в контору, находящуюся неподалеку от набережной. Оставшись один, полицейский инспектор окончательно поддался нервному возбуждению. У него было странное предчувствие, что вор должен находиться именно на борту «Монголии». И действительно, если этот молодчик оставил Англию с намерением пробраться в Новый Свет, то дорога через Индию, менее охраняемая, чем путь через Атлантический океан, непременно должна была привлечь его внимание.
Но Фикс не долго был погружен в эти размышления — громкие свистки возвестили о прибытии парохода. Толпа носильщиков и феллахов ринулась к пристани, грозя неприкосновенности боков и одежды публики. Дюжина лодок отчалила от пристани и направилась навстречу «Монголии».
Вскоре между берегами канала показался гигантский корпус самой «Монголии». Часы пробили одиннадцать, когда пароход стал на рейд, с большим шумом выпуская пары.
