Наклонная поверхность пола перешла в горку, и мы продолжали катиться вниз в тусклом свете небольших лампочек. Горка закручивалась и извивалась как в аквапарках, где мне доводилось бывать раньше. Остановиться никакой возможности не было, уклон был слишком крутым, а поверхность гладкой. И меня волновал сейчас только один вопрос, как и куда мы будем приземляться.
Приземлились мы мягко, но мерзко. В какую-то вонючую жижу, которая приняла нас с головой. Но почувствовав ногами дно, я тут же встал отплёвываясь. Нащупал Машу и вытянул на поверхность. Она была значительно ниже ростом, да к тому же её ещё и развернуло при падении, так что она барахталась не находя дна, и ей казалось, будто тонет.
Глубина и мне-то была здесь по грудь, у неё же вообще торчала только половина перемазанного лица.
Что любопытно, клюшки для гольфа ни я, ни она не потеряли. Без оружия тяжко!
— Залезай на спину, — сказал я ей, понимая, что девочке приходится значительно сложнее в этой жиже, которая заливает лицо и рот.
Субстанция, в которой мы оказались, попахивала болотом и тиной. Как будто в трясине оказались. Только вот пол под ногами был вроде бы твёрдый, да и стены по бокам тоже. Сзади была стена, над которой заканчивался покатый спуск, по которому мы сюда и приехали. А вот впереди, метрах в пятидесяти был «берег», поднимавшийся полого и уходящий дальше вверх, почти под самый потолок этого большого коридора.
Маша вскарабкалась на меня и обхватила за шею руками, и за пояс ногами. То есть, я чувствовал всё её тело. Поэтому когда кто-то схватил меня за ногу, я абсолютно точно знал, что это не она!
— Твою ж мать! — заорал я, вырвав ногу и что есть мочи, пробираясь к берегу, через густой грязевой кисель. Идти было не то что тяжело, а практически невозможно, каждый шаг давался с трудом.
— Что? Что? Что случилось? — испуганно бормотала Маша, и интуитивно чувствуя, что напугавшее меня нечто находится в жиже, пыталась вскарабкаться по мне выше.
— Да уймись ты! — бросил я ей, усилено пыхтя и пробираясь к берегу.
Каждый шаг давался с невероятным трудом.
Я снова почувствовал на своей ноге чью-то хватку. В этот раз я был уже готов, и, во-первых, постарался понять, кто именно меня хватает, а во-вторых, резко, насколько это было возможно, выдернул ногу и сделал шаг в сторону. После чего начал переставлять ноги в направлении берега с удвоенной силой.
Что я понял из ощущений, когда меня схватили? Что это рука, похожая на человеческую, но значительно больше и с очень длинными пальцами. В общем, это вроде бы была не чья та зубастая челюсть, а именно конечность, которой меня пытались поймать.
Причём, судя по тому, что мне оба раза удалось вырваться, хватка была не очень сильная. Даже, можно сказать, немного вялая. Однако это ничуть меня не успокаивало и не уменьшало желание поскорее выбраться из этого болота. Хватка может быть вялой, а зубки острыми, просто они до нас ещё не дотянулись. Так или иначе, экспериментировать не хотелось. А ведь всегда сильнее всего пугает неизвестность. А что именно находится в этой жиже кроме чьей-то руки, ни увидеть, ни понять было невозможно.
Берег приближался с каждой секундой, хотя каждый шаг мне давался с адскими усилиями. Ноги уже были как ватные, сердце рвалось из груди, а пульс стучал в висках так, что заглушал собой всё вокруг. Вот оно, настоящее превозмогание. Наверное, хороший способ для тренировки выносливости. Некоторые бегают в воде, чтобы развить силу, им я рекомендую бегать в болоте по шею. Тогда результат гарантирован.
Когда я уже начал постепенно выбираться на более мелкое место, и жижа была у меня на уровне пупка, меня схватили тритий раз. Дёрнув ногу, я не смог освободиться, в этот раз меня держали крепче.
— Давай к берегу! — крикнул я Маше, наклоняясь вперёд, чтобы она могла спрыгнуть.
— Я… — начала было она.
— Быстро! — рявкнул я, и тон подействовал на неё как плеть. Поняв, что сейчас нельзя ни спорить, ни выяснять что происходит, она рванула к берегу. Силы у неё были свежие, да и жижи уже было меньше, так что продвигалась она быстро.
А я развернулся к тому месту, где должен был находиться держащий меня, и держа клюшку для гольфа как лом, начал лупить по предполагаемому противнику. Попал с первого удара, а потом стал попадать примерно через раз. Тот, кто был внизу, завозился, задёргался, видимо, удары клюшкой ему не нравились.
В какой-то момент я почувствовал, что хватка на ноге ослабла, и рывком освободился, после чего с удвоенными усилиями рванул к берегу. Теперь я был без Маши, да и глубина уменьшалась с каждым шагом, так что дело пошло быстрее.
Маша опережала меня на три метра, то есть, только на длину поводка. Но надо отдать ей должное, она не тянула за него, чтобы не отвлекать меня, когда я молотил клюшкой по жиже, а терпеливо ждала.
