Для таких объёмов уже нужны тарелки. На тарелки — наполнитель. Нам с приятелем до тех пирамидок московских тоже было… несколько не с руки. Поэтому мы сами нашли: берётся ёршик для чистки посуды шведского производства, мелко нарубается кусачиками… не хуже фирменных спиралек получается!
Факеншит! Швеция пока ещё ничего приличного не производит! Даже из ёршиков.
Я так извёлся из-за отсутствия материалов, что психанул и нашёл какие-то серебрянные украшения из витой проволоки. Порубил их на мелкие части, насыпал «сечку» на тарелки, и использовал в качестве контактных площадок. Назовём — «Хортица серебрянная».
Российские мастера винокуренных заводов определяли температуру в установке по цвету дыма из печной трубы. Я так не умею. Приятель мой первый год смотрел на электронный термометр. Всё ждал 78.15 градуса Цельсия. Потом дошло: это ж при 760 мм. рт. ст! А где вы в природе столько видели?
Поэтому: по запаху и по темпу выхода продукта. Когда идёт пищевая фракция — нет запаха ни ацетона («голова»), ни сивухи («хвост»). И очень стабильно капает. Капает, между прочим — этаноло-водяная смесь с 96.4 % содержанием этого самого этанола. Наверное. Потому что померить нечем, а у меня вкусовые рецепторы после третьей проверки… и закуски солёными огурчиками… корочку занюхать… и рыбки подайте… ух, хорошо пошла… работают недостоверно. Ошибаюсь я. В десятых процента.
Дальше, естественно, древесный уголь, берёзовый, толчёный, водяным паром обработанный. Некоторые хвастаются: «у нас угольный фильтр длиной в 13 метров!». Не той длиной хвастаете, товарищи! Просто насыпал. Но не дольше, чем на 10–15 дней. После месяца начинается обратный процесс — уголь всё абсорбированное назад отдаёт. Было время — сам эффект проверял.
И получаем с трёхпудового мешка гречки — ведро ректификата.
Первое и единственное во всём мире! Слеза! Кристалл! Продукт! Вот это — настоящий инновизм!
Можно бы, конечно, вдвое больше. По нормам 21 века. Но увы — первый блин… Да и вёдра здесь большие, двенадцатилитровые.
Только у меня абсорбирование закончилось — пришло Богоявление. Которое на Руси — Крещение. Тут я вдоволь подурачился. По Миклухо-Маклаю и прочим разных диких аборигенов посетителям.
«Огненная вода». Вот — просто вода в блюдце горит, вот — огонь заливаешь, а он по выплеснутой воде бежит. А горящие ледяные сосульки! Сделал изо льда меч, облил спиртом, поджёг… Дал Ольбегу огненный меч в руку… У мальчишки — изумление, страх, восторг… Счастье!
Ещё пара фокусов: Ванька-огнедышащий. Змей Горыныч из Пердуновки. Как дунул на свечу… Все… не скажу — разбежались: половина на карачках расползлась.
Кстати: такая гадость! Потом целый час рот промывал.
Ветку обледенелую нашёл:
— Люди добрые, православные! Подходите, поглядите, порадуйтесь! Про «неопалимую купину» слышали? А теперь! Впервые на Руси! Проездом из Иерусалима в… в Караганду! Только у нас! Только один раз! Оба-на! Неопалимая осина! Моисей разговаривал на Синае с богом в несгорающем кусте. А теперь и здесь, в нашей Рябиновке, каждый может пообщаться со святым духом! Так и называется — спиритус! Смотрите внимательнее — там он, вона-вона, в том голубом пламени!
Забавы… Народ поголовно увидел спиритуса и задёргался. Некоторые пытались к нему с просьбами обращаться. Аким даже крестить меня тайком начал. Пердуновка — не Синай, и я — не Мойше. Пришлось чашку со спиртом епитрахилью накрывать и молитвы над ней читать. Черти не вылезают — проверено принародно.
Но унялись только когда я в прорубь, от Иордана оставшуюся, плесканул, поджёг и сам туда прыгнул. Туземцы сразу обрадовались: «огненная вода водосвятию — не помеха!».
С Мараной поделился. «Богиня смерти» половину забрала. Ну, оно так и было задумано. Главное дело всякого лекаря — дезинфекция.
Уже вспоминал, как в первой жизни приходилось фурункулы топором с водкой вскрывать. Здесь обеззараживание такого уровня — только калёным железом.
И, конечно, спиртовые растворы, настойки, эссенции, сублимации… Она таких слов не знает, но от восторга аж трясётся.
Насчёт настоек и Домна заинтересовалась. Тут, понятное дело, простор для творчества… Но пришлось учить основам правильного дегустирования. А то если в этих святорусских кружках… Даже посуды подходящей нет! На «Святой Руси» из мелкой посуды — одни тазики. «Стопка» по Грановитой Палате — только с 16 в. А до тех пор всякие… «братины и ендовы». Мой продукт в таких ёмкостях… надо разбавлять.
По своему опыту знаю: дамский оптимум — разведённое вчетверо с клюквенным соком. Но… а попробовать вариантов? С боярышником, например, с брусникой… Чуть не потерял повариху. Я же говорил: женский алкоголизм не лечится.
Ещё кое-чего из фолька вспомнил: «Водка без пива — деньги на ветер». А спирт со здешним пивом или бражкой… «малька запустить»… Катастрофично.
Народ дозу не держит. Навык пить — есть, а к крепкому — привычки нет. Мне-то по прошлой жизни нормально «осьмушка на пару и поговорить». «Осьмушка» — восьмая часть ведра, полтора литра водки на двоих и обсудим: сбегать ли ещё? А тут…
