Встречи в однокомнатной квартире в центре и ужины в ресторанах продолжились. А вот в планы совместного летнего отдыха пришлось внести коррективы. Дело в том, что ежегодная диспансеризация весной показала, что Игорь Владимирович нуждается в серьезном лечении. О госпитализации речь пока не шла, а вот санаторно-курортное лечение просто необходимо. Причем в специализированном санатории в Кисловодске. Подлечить сердечно-сосудистую систему, а заодно попить минеральную воду для купирования гастрита. В санатории общего профиля в Сочи этого нельзя обеспечить.
В Кисловодск Игорь Владимирович поехал один. А осенью прекратились и телефонные звонки от него.
Лоськова поняла, что поспешила с выяснением отношений с Игорем Владимировичем. Следовало подождать еще пару лет, а не ставить вопрос ребром после полутора лет связи.
Он еще сильнее привязался бы к ней, да и дочь к тому времени уже заканчивала бы школу, так что ему легче было бы пережить разлуку с ней.
Но это все было из области предположений и догадок. Поезд уже ушел.
Татьяна опять осталась одна. Ей вновь не на кого было положиться, кроме как на себя.
В конце бархатного сезона на юге Лоськова в профкоме академического института достала путевку в пансионат под Сочи. Она вылетела в Адлер, а оттуда на автобусе добралась до пансионата в виде огромного корпуса, похожего на пароход, на скале, на берегу Черного моря в нескольких километрах от Сочи.
В пансионате к Татьяне клеился папик среднего пошиба из министерства сельского хозяйства. Однако она отвергла его ухаживания. Никто не мог заменить Татьяне Игоря. Его образ всплывал в ее сознании, когда она оставалась одна, и мысли о нем, как назло, лезли и лезли ей в голову. Похоже, это была настоящая любовь! Во всяком случае, с ее стороны.
Лоськову вызвали в отдел кадров института. Кадровик, пожилой отставник, находился в комнате не один: присутствовал также мужчина лет тридцати семи в черном костюме со слишком длинными рукавами пиджака, белой сорочке и с темным галстуком. Светловолосый, с серыми глазами.
— Знакомьтесь, Татьяна Анатольевна, это — Виктор Захарович! Он хочет побеседовать с вами по кадровому вопросу.
— Виктор Захарович — новый сотрудник нашего отдела кадров? — тут же поинтересовалась Лоськова.
— Нет, он из другого ведомства. Ну, я оставлю вас. У меня — обеденный перерыв.
Кадровик быстро покинул кабинет, оставив Лоськову наедине с гостем института. Что ему был нужно от ее — Татьяна не представляла.
— Капитан Афанасьев, Комитет государственной безопасности! — представился новоявленный собеседник. Удостоверение он не стал показывать — ведь не на улице обращается к ней, а в стенах учреждения, в помещении отдела кадров.
— Очень приятно! Татьяна Лоськова, младший научный сотрудник! — приветливо проговорила м.н.с. Лоськова.
— Татьяна Анатольевна, как складывается ваша работа в институте? Как продвигается работа над диссертацией?
— Спасибо, все в порядке! Работа идет своим чередом, а вот с диссертацией пока продвижения вперед нет. Но это поправимо, собираюсь плотнее заняться этим.
— А что если вам подумать о смене направления своей деятельности? Так сказать, переориентироваться в служебных и жизненных приоритетах?
— Что вы имеете в виду? Меня моя нынешняя работа устраивает, — ответила Лоськова, хотя про себя подумала, что рассчитывала на большее в этом академическом институте.
— Мы имеем в виду ваши потенциальные возможности, перспективу карьеры. Вы же — умная, волевая, энергичная женщина. Нам кажется, что просиживать за столом в кабинете и читальном зале библиотеки — не совсем то поприще, которое вам подходит, — четко ответил капитан Афанасьев.
— А что же мне больше подходит? — с нажимом спросила Лоськова.
— Более активная работа, связанная больше с людьми, а не с книгами. К тому же вы неплохо знаете английский язык, в школе и университете учили английский.
— А вы, оказывается, неплохо изучили мою биографию, — сказала Татьяна, лишь бы потянуть время. Она пока не понимала, куда клонит капитан.
— Чтобы завершить тематику объективки, основных данных о вас, — спохватился и уточнил Афанасьев, — вы с Москвы, живете с родителями, так что пока в жилплощади не нуждаетесь. Так ведь?
Уши Татьяны резануло «с Москвы». Сам этот Афанасьев явно не из Москвы. Но это его проблемы. Ей бы самой разобраться со своими проблемами, и в частности с тем, что ему нужно от нее.
— Пока не нуждаюсь, — ответила Лоськова. — Но вы ведь не из отдела учета и распределения жилой площади.
«Острая на язык баба, — подумал Афанасьев. — И самообладание не теряет. Первое качество может и лишнее, а вот второе — явно в кассу».
— Не буду ходить вокруг да около, — обозначил свою позицию капитан Афанасьев. — По нашему мнению, вы подходите для службы в Комитете государственной безопасности СССР.
— Для службы в КГБ?! — переспросила удивленно Лоськова.
— Именно для службы, — на всякий случай внес ясность Афанасьев. — Не работать в качестве вольнонаемного, а служить офицером. Естественно, после соответствующей подготовки.
